Берег птицелова

Он успокоился, тело его расслабилось, мир стал прежним.

— Вы удочку утопили, — напомнил Эрик.

— Ерунда. У меня есть еще, — статист улыбнулся и братья увидели, что глаза у него голубые, как небо.

Запеченная форель. Это оказалось вкусно. Очень, чрезвычайно, упоительно вкусно. Тем более с яблочным вином.

Они испекли картошку, которая нашлась у ребят, и развели новый костер. Снова повалил дым и жар. Спины рыбаков холодила быстро упавшая на острова ледяная ночь.

Беседа велась осторожно, по всем правилам разговора случайно встретившихся у костра людей.

Похвалили форель, одобрили вино, обсудили погоду, урожай и новости из Долины Зеленых Холмов. Потом темы закончились, стало неловко. Эрик и вправду пожалел, что не прихватил с собой на остров гитару. Сыграл бы сейчас, было бы самое то. Он взял еще кусочек форели.

— Перо! — обжигая рыбой руки, вспомнил Эрик. — Которое вы выронили. Красивое! Откуда оно у вас?

Статист ковырял в углях палкой, переворачивая картошку. Вопрос Эрика вынудил его замереть.

— А сам как думаешь?

— Я думаю, что вы очень немногословны и скрытны, — честно ответил Эрик и отправил кусок форели в рот.

Статист бросил палку в костер и взялся за свою кружку:

— Привык, что люди сразу все тебе выкладывают?

— Чаще всего, — согласился Эрик. — Но я не настаиваю. Перо необычное, глупо было бы не спросить.

Эрик нравился Птицелову прямотой и простодушием. Но говорить о себе Птицелов не любил. Он отхлебнул вина и утер широкой ладонью губы.

— Я же не спрашиваю, откуда у твоего брата королевский клинок.

Может, конечно, купил, а, может, и украл где.

— Клинок, да, вещь! У меня, кстати, такой же, — дружелюбно ответил Эрик и похлопал себя по поясу. — Всегда со мной. Сколько лет-то уже? Семь? Да, Эм, семь? Могу поклясться, что мы получили их по праву. Но вы же все равно не поверите!

— Почему? Охотно! Вам было тогда лет шестнадцать. Самый возраст заслужить королевский клинок.

Эмиль привалился к камню, подложив под спину тулуп, и с нескрываемым удовольствием пускал в небо колечки.

Разговор его забавлял.

— Понимаю вашу иронию, — небрежно встрял он. — Но я бы никому не посоветовал красть королевское оружие. Сомнительное удовольствие — им владеть. Кстати, нам было почти восемнадцать. Продолжайте.

Статист внимательно выслушал Эмиля и, подумав, сказал:

— Не буду вас пытать. Хотя, не скрою, мне стало любопытно. Все-таки, что вы делаете на острове? Сети у вас — смех один. Зато всех птиц мне распугали.