Берег птицелова

Вы изучали стратегию, господин Талески?

— Я изучал не только стратегию, но и ваши нравы. Поэтому я не удивлен.

— Тогда вы все понимаете. Ее видели здесь, на этой части побережья. Преступница выдает себя за рыбачку и успешно дурит головы вашим рыбакам. Она опасна. Для каждого, кто с ней встретится. Поэтому в ваших интересах как можно быстрее организовать поиски и дать разрешение на поиски нашим людям. У нас в команде тринадцать опытных воинов. Просим разрешения им сойти на берег.

— Вот как! — Тигиль поднял тонкие брови.

— Тринадцать воинов? У вас на борту?

— Да. Что вас удивляет? Мы ловим преступника.

— Я вас понял. Но чтобы принять решение, мне необходимо подумать.

— Времени у вас немного.

— Сами говорите, что она у нас давно околачивается. Так что мы уже привыкли жить под угрозой. Потерпим еще чуть-чуть. Не надо нас запугивать.

— Выдача государственных преступников входит в договор между нашими странами. Никакого запугивания. Вы сами все знаете. Ваши разведчики тоже оскверняют наши земли, вынюхивают и высматривают.

Вы наверняка в курсе — наша армия растет и крепчает.

— Мы в курсе. — Тигиль встал. — Но времени на принятие решения я возьму столько, сколько потребуется. Ждите!

Тигиль ворвался в штаб Белой Гильдии бледный и злой. Челюсть его тряслась.

— Где они? — рявкнул он помощнику.

— У вас. Хлещут кофе. Разбудить их было не так уж просто...

Тигиль не стал слушать, залетел в кабинет и хлопнул дверью перед носом секретаря.

Увидев злого Талески, Эрик с болезненным усилием собрал в струну свое тощее тело, до этого момента удерживаемое в сидячем положении только столом и локтями.

Лохмат и помят он был донельзя. Итта, успевшая свернуть нечесаные волосы в узел и почистить куртку, замерла в кресле начальника с чашкой кофе в руках.

— Что это за ведьмовщина? — набросился Тигиль на Эрика. — Что? Я тебя спрашиваю! Знаешь кого мы обнаружили на дороге в Купеческую гавань?

— Кого? — ошарашенно переспросил Эрик.

— Никого! Только лошади! Оседланные черные лошади, украденные из конюшни Гавани две недели назад.

— А мужики?

— Никаких мужиков, Эр. Мы прочесали весь лес и весь Молочный Хутор. Ни души. Врубаешься? И, знаешь, что самое интересное?! Лошади, застрявшие в топи. Те самые, что гнались за тобой! Три лошади в трясине. А всадников нет. Как тебе?

— Круто...

— Это не круто. Это очень плохо. У меня самые жуткие варианты.

— У меня тоже. — Эрик стал серьезным. — Но будь это даже оборотни, они бы полюбому застряли в трясине.