Сказка о девушке Емеле и волшебном щуке

всё на свете! А ведь какая семья была, какая жизнь… Царь Василий — сильный, мудрый, справедливый. Царица Василиса — волшебница, умница, красавица. Сын их Яромир — крепкий юноша, талантами не обижен, обликом в мать удался, силой в отца.

Царя все уважали, а царицу любили. Не было никого на свете добрее, ласковей и сострадательней.

Но однажды Василису будто подменили. Стала она холодна и надменна, с боярами груба, с холопами жестока. Все зеркала в тереме велела занавесить, а которые ручные — собрать и под замок запереть.

Странно это царю показалось. Решил он с Василисой по душам поговорить, пошёл к ней в горницу, а назад не вышел.

Царевич хитрее рассудил: раз матушка зеркал сторонится, значит, есть тому причина. Отпер кладовую, взял зеркальце медное и отправился царицу искать. Сыскал у дуба мудрости, того, в котором книга знаний схоронена. Стоит Василиса, в дупло заглядывает, в одной руке миска с икрой, в другой нож острый. А из дупла кот орёт: "Помогите! Убивают!"

Окликнул царевич Василису: "Матушка!" Обернулась она, а он возьми и зеркало подставь.

Глянул: страсть какая! В зеркале не красавица белолицая, а старуха безобразная. Открыл царевич рот, хотел стражу кликнуть, да не сумел. Голос у него пропал. А ведьма вороной обернулась и прочь улетела. Видел царевич, что несла она в лапах зеркало в оправе из слоновой кости.

Так не стало у горемыки ни отца, ни матери. Куда они подевались, никто не ведает. Год уж с той поры минул. Бояре царевичу говорят: венчайся на царство. А он: царь был и есть отец мой, покуда не узнаю, что он мёртв, на трон не взойду.

Тогда, говорят, женись, дай державе наследника. Воибуда-то Жиронежку свою ему в жёны прочит, но царевичу она не мила. Да и не будет добра, коли боярин в отсутствие царя истинного слишком много власти заберёт. Вот окольничий царский Гостята — да ты его видела, тощий такой — и дал совет смотрины устроить, как исстари повелось.

Так что есть у тебя, Эмилюшка, добрый шанс царевишной стать, а там, глядишь, и царицей. Молодцу ты явно по сердцу пришлась.

Сам на смотрины позвал!

— Это он так, — отмахнулась Миля, — из популистских соображений. Чтобы перед народом красиво выглядеть.

И зевнула. День был долгим — спать пора.

— Ты бы сперва поужинала, — забеспокоился щук. — Весь день крошки во рту не было.

— А мне и не хочется, — призналась Миля. — Странно, да? Это потому, наверное, что устала очень. И переволновалась. Ты мне спокойной ночи пожелай и плыви по своим делам. Завтра свидимся.