Сказка о девушке Емеле и волшебном щуке

В покоях своих найдёте вы всё надобное. Посмотрим, которая из вас лучшая умелица да рукодельница. На четвёртый день поутру придём работу принимать. Не так, чтоб в самую рань — после третьих петухов.

И подмигнул, довольный собой.

Разошлись невесты по апартаментам, при каждой орава прислуги. Девушки сейчас же забегали, стали кросна ставить да нити натягивать. Всё настроили, наладили, и боярышень своих за тканьё усадили — для почину и чтоб всё чин по чину.

Боярышни рядок-другой соткали и повставали с мест. Дальше пусть мастерицы трудятся!

Оно, может, и правильно.

Сколько времени надо, чтобы в одиночку полотнá на рубаху наткать? Но ведь творится обман у всех на виду, без утайки! Вот какие тут смотрины, вот какие испытания.

Значит, и Миле силу щучью использовать не зазорно.

Заперлась она в покоях своих и велела полотну соткаться — чтобы было ровное, тонкое. В общем, батист высочайшего качества. А сама села на чудо любоваться да сухарики хрумкать.

И воздвигся посреди светлицы стан ткацкий, весь из деревянных частей, резьбой украшен — знаками солнца да головами конскими.

Встали станины с плахами, и валами, и деталями мелкими, бердо с частыми зубьями в рамке-набилке, поперечины-нитеницы, векошки, перекладины, подножки…

Полезла из коробов пряжа, в косы заплетённая. Стали косы сами собой распускаться, а нити из них — в стан заправляться. Что-то при этом привязывалось, что-то отвязывалось, что-то тянулось и цеплялось, вынималось, и вставлялось, и крутилось, и двигалось, и наматывалось, и подрезалось.

Взглядом не уследишь! Вот и челнок заходил, застучал. Смотрит Миля и дивится — неужто такое человеческими руками проделать можно?

Уж точно не с такой прытью. Полотно-то на глазах ткётся… Да соткалось уже! Вот что значит сила щучья.

А теперь и спать можно лечь со спокойной душой.

Стали на другой день боярышни друг перед другом работой похваляться, одна Миля скромницей у себя сидит, не выходит. Жиронежка с подругами сама к ней явилась:

— Что это ты расселась, как царица! Отказалась от прислуги, теперь к сроку ни за что не поспеешь! Лучше уезжай подобру-поздорову, на позорься!

Глядь, а полотно-то соткано! Тонкое да лёгкое — загляденье.

Топнула ногой Жиронежка и ушла несолоно хлебавши.

На второй день стали невесты рубаху шить. Многие сами за ножницы да иглу взялись — хоть и боярские дочери, а женским искусствам обучены. Не то что Миля! Многого она у бабки в деревне набралась, но шить ей не приходилось, только латать да штопать.