Сказка о девушке Емеле и волшебном щуке

Может, это тот самый пруд дальним концом дуги к запретному двору примыкает?

Что же получается: из открытой части сада в закрытую можно по воде безо всяких уловок попасть? Хитрый щук, стало быть, преспокойно к берегу подплыл, а кадушка его зачерпнула и на сушу вынесла. Вот почему он настаивал, чтобы в царском пруду сидеть!

— Я тебе верила! — рассердилась Миля. — А ты меня обманул!

Щук наружу длинный нос выставил:

— В чём же, Эмилюшка? Я тебя к дубу привёл? Привёл! Тайну твою сберёг? Сберёг! С чарами щучьими малость промашка вышла, ну да всё к лучшему обернулось.

Очень кстати тебе возможность выпала в себя поверить. Показать, на что способна, безо всякого чародейства. Сейчас Акусилая вызовем, выспросим у него, что требуется, и отправишься ты домой с попутным ветром...

— А этот — что? — Миля в спину царевичу кивнула. — Он же тебя видел, сейчас всем расскажет.

— Немой-то?

— Ну напишет!

— Не напишет.

— Почему это?

— А не умеет он. Ни писать, ни читать.

— Не может быть! — ахнула Миля.

И сама не поняла, что больше её потрясло — что в государстве, где даже коты книги читают, наследник трона грамоте не обучен, или этого самого наследника непотребное поведение.

Царевич-то, к пруду приблизившись, с шага да попрыгушек на бег перешёл и одежду с себя начал сбрасывать. Скинул сперва кафтан, потом рубаху вышитую, которая Миле с таким трудом далась. На ходу, по одному, стащил с ног сапоги. А следом — батюшки! — и от портов избавился.

Нет, оно понятно: древность сказочная, нравы простые, обычаи чудные.

.. Но чтоб у избранницы своей на виду, а главное — повернувшись к ней спиной! После этакой выходки не осталось у Мили слов — одни междометия да точки непечатные.

А царевич от нарядов дорогих освободился и в чём матушка-царица родила с разгону в пруд сиганул, только брызги полетели.

Ярилка из бочки Милю поддразнивает:

— Что, царевичей голых не видала? Ишь, залюбовалась! Ладно-ладно, не красней. Лучше вели, чтоб на царской кухне икра в чашу серебряную навалилась да у ног твоих очутилась.

Этот гурман хвостатый, видишь ли, только с серебра кушает. Спасибо, не с золота... Да поскорей давай, пока бояре не нагрянули.

— Какой икры — чёрной или красной?

— Что ты! — фыркнул щук. — Такую простоту ирод этот не ест. Ему дорогую икорку подавай, заморскую...

— Кабачковую, что ли? — прыснула Миля.

— Баклажанную...

— Он что, веган?

— Да какой веган! Зажрался просто.

Баклажанную так баклажанную.

Вызвала Миля щучьим велением чашу с икрой.