Кошка Белого Графа

Звеня бубенцами, подкатила тройка — гривы и хвосты коней заплетены лентами, санный возок обтянут кумачом. Из возка вынули невесту и под руки повели к храму. Лицо ей закрывала вуаль с золотом шитьём, из-под лисьей шубы хвостом тянулся по снегу длинный багряный шлейф. Лепестки роз падали под сафьяновые сапожки, будто капли крови.

Поднялся радостный гвалт, народ повалил в храм. Я соскочила с берёзы и под прикрытием толпы шмыгнула внутрь, стараясь не попасть гостям под ноги, а служителям храма — на глаза.

За проёмом начинался огромный зал, тоже перламутровый, но не розовый, а льдисто-бледный, в молочных переливах.

Текучие очертания стен и потолка напоминали своды карстовой пещеры, откуда на нитях-паутинках свисали кусочки цветного стекла. Свет, наполняющий воздух, заставлял их вспыхивать и переливаться.

Я юркнула в нишу у входа и спряталась за статуей Свяны в алом уборе невесты. Подглядывать за церемонией охоты не было. Будто я свадеб не видела! С закрытыми глазами могу рассказать, что там происходит.

Слева стоят полукругом семь статуй Свяны, справа — семь статуй Свена.

У дальней стены высится глыба хрусталя — алтарь, перед алтарём — Венчальный Лабиринт, намеченный дорожками из красного янтаря. Сейчас жених и невеста вступят в него с двух сторон, чтобы сойтись в центре и обменяться браслетами. Дорожки засияют, грянут песнопения…

Так и есть! Женский хор — небесные голоса.

Распорядительница поднимет жезл и коснётся хрустальной подвески над алтарём. Малиновый звон разольётся по залу, и его подхватят, закачавшись, кусочки стекла на нитях.

От них полетят разноцветные отсветы — и станут бабочками, которые закружатся над гостями.

Только ко мне не надо… Кыш!

Два года назад на Вериной свадьбе мне на плечо опустилась золотая бабочка. Служительница-ули сказала, что в моей судьбе грядут чудесные перемены. Если это они и есть, то благодарю покорно, больше не надо!

Бабочка пощекотала мне нос сияющим крылышком и порхнула прочь.

Вера — это моя подруга. Самая близкая. Она вышла замуж по большой любви и уехала на западное побережье, в Керст.

Вера знала, что я оборотень, и ни капли не боялась. В детстве мы проказничали на пару: я — кошкой, она — человеком.

Вера писала, что неподалёку от них тоже живёт оборотень. Живёт, не таясь, угощает соседей домашним вином и знает много занимательных историй. Возможно, ему известно и как вытащить из Небыли запертое там человеческое тело.

Но… могу ли я доверять незнакомцу, если меня предал самый родной человек?..