Кошка Белого Графа

Не будет боли, не будет мук…»

— Нет! — выкрикнула я. — Нет! Посмотри: на мне печать твоих сестры и брата. Они ждут от меня службы. Я им нужна…

— А мне? — спросила фигура. — Сослужишь службу мне? Тогда помогу.

— Чего ты хочешь?

— Узнаешь, когда придёт время.

Так всегда — во всех сказках! Сперва обещай, а потом хоть в петлю лезь, когда потребуют такого, чего и врагу не пожелаешь — но отказываться уже поздно…

— Так сослужишь?

— Сослужу…

Кажется, я всё-таки заплакала. Но слёзы в глазах стали льдинками, и сквозь них полыхнуло видение: прекраснейшая женщина в белом уборе, искрящемся тысячью снежных звёзд.

Она склонилась ко мне из чёрного поднебесья и запечатлела на темени долгий поцелуй, от которого меня пронзило лютым холодом — а потом отпустило.

— Вот мой дар. Он согреет тебя и защитит.

И — всё. Голос ещё звучал в ушах, а женщина сгинула. Остались лишь ночь, звёзды и снега.

И я.

А ещё чувство, будто меня обернули в пуховое одеяло. Пух был густым и ослепительно белым. Вернее, не пух, а мех.

Восхитительный пышный мех. На одной лапе, и на другой, и на хвосте, и на плече, и на груди, и на животе. Всюду, куда я смогла заглянуть…

У богов всё, как у людей. Есть богатые, славные, почитаемые, с дворцами-храмами и толпами служителей-ули. Есть безвестные, незаметные, а то и забытые. И есть такие, как Зима... Снежа, — которые не ждут почестей от людей.

«Храм мой из снега,

алтарь изо льда,

вьюга

гимн мой священный,

мороз

мой слуга».

На крайнем севере Ригонии и Вайнора стоят Приюты Зимы, где вайны и гобры с особым даром разводят карликовых мамонтов, ездовых собак и снежных кошек.

Кажется, богиня только что превратила меня в одну из них.

Снова одолел голод. Но бежалось легко. Пучки шерсти между пальцами согревали лапы, смягчали шаги, я больше не проваливалась и не оступалась, снег будто сам нёс меня.

А зима оказалась полна жизни.

В вышине парили снежные птицы, с их крыльев веером сыпалась алмазная пыльца, и в кружении блёсток вились мотыльки, прозрачные, как морозный узор на окне.

Скреблись под землёй ледяные мыши. Вдалеке промчался заяц — живой, тёплый, я это почуяла, а следом такой же — снежный. Далеко-далеко взвыл стылым воем ледяной волк. А снега вокруг всё пели, пели свою тихую неумолчную песнь… Мне было удивительно и жутко. Но я верила, что отныне зима мой друг и союзник.

Я ошиблась.

К утру лёгкость ушла, мороз пробрался под толстую шубу и кусал всё злее. Погода опять испортилась.