Кошка Белого Графа

Прикосновения рыхлых хлопьев были приятны — словно ступаешь по тёплой кудели.

— Так как, говоришь, зовут вашего заказчика?

— Кавалер Льет.

— Из Альготы? — Граф задумался. — Не знаю такого.

— Едва ли он на самом деле кавалер. Богат, как гномий царь, но речь и повадка, как у базарного торговца.

— Нынче купить дворянство нетрудно, — граф хмыкнул. — Были бы деньги.

За ёлками, не доходя избушки, на крыше которой лежала огромная снежная шапка, обнаружилось четыре пенька. Большой, посередине — стол, три маленьких вокруг — стулья.

Граф хотел знать всё о моих встречах с богами, особенно с богиней зимы — и о нашем с ней уговоре. Я же изо всех сил увиливала от ответов, почти не сомневаясь, что предмет уговора сидит передо мной. Рано или поздно богиня потребует сделать нечто такое, что графу наверняка не понравится. А я на себе испытала, каким грозным он может быть, когда ему что-то не по нраву…

— Нежа сама пришла к тебе?

— Нет, я позвала… Попросила о помощи.

— И всё? Просто попросила?

— Я просила от сердца! Боги любви оказали мне покровительство и поручили сестре присмотреть за мной. Что тут такого?

— Поручили, говоришь? Чего же они от тебя потребовали, если это для них так важно? Какой обет наложили?

— Они… — Об этом же можно сказать, правда? — Они хотели, чтобы я сослужила им службу. Как в сказках.

— Какую службу?

— Не знаю! Они сказали, я пойму, когда придёт время.

А если Даниш нужен не только богине зимы? Уж больно всё сходится! Тогда дело совсем плохо.

И не подчиниться нельзя. Помню, как жгло лоб, когда я ошиблась с направлением. Боги просто толкали меня навстречу графу!

Но может, если я смогу стать человеком до Ночи Всех Богов, наш уговор потеряет силу сам собой?

Я собралась с духом:

— Ваше сиятельство, не сочтите за дерзость! Вы наверняка знаете всех лучших магов страны. Нет ли у вас на примете кого-нибудь, сведущего в Небыли? Или ваш наставник оборотень… Не могли бы вы свести меня с ним?

— Не мог бы, — отрезал граф.

По тону и взгляду, вмиг ставшему отчуждённым, было ясно, что говорить об этом он не станет.

— Скажите хотя бы, к кому обратиться! Неужели ничего нельзя сделать?

— Почему же нельзя? — Граф посмотрел на меня долгим взглядом, и этот взгляд мне очень не понравился. — Я обещал помочь тебе, и я помогу. Но сначала…

Он помедлил, как медлит змея, прежде чем ужалить.