Легенды Пятиречья

Словно тысячи глаз твоих предков смотрят вместе с тобой на эти буйно цветущие травы, озера, летние домики пастухов и…

Тамиладу сощурился. Что это там, на горизонте? Кажется, коровы разбегаются. Странно. Волков в этой части Элвы никогда не было. Где же пастухи? Эльв пошел вперед – вдруг помощь нужна.

- Красота-то какая, - блаженно протянул Тивелий, откинувшись на локти. Крупные круглые караси блестели на солнце, натертые соляными кристалликами. Над жаркими углями загорал на пруте молодой кролик, покрываясь аппетитной корочкой.

– Где-то наш Тамиладу запропастился.

Лаони кивнул – больше своим мыслям, чем Тивелию. Он размышлял о возрождении душ эльвов. Как известно, душа умершего эльва возносится на небеса, там «проживает» свою жизнь наоборот: от смерти к рождению, забывая ее, а затем эльв рождается вновь. Но известно также, что никакого «мира мертвых» на небесах нет, только абсолютная пустота, бесконечно создающая себя, то есть создающая ничто. Про это «ничто» Лаони даже не думал: он как-то, будучи еще учеником в Лавергене, попытался осмыслить местоположение вечной пустоты в вечной пустоте, и едва не сошел с ума от ужаса.

Потом учитель посоветовал ему просто не думать об этом. И Лаони с тех пор ни разу не нарушил этого правила. Но думать о пустоте близкой было не так страшно. Неужели души живут в пустоте? Тогда из чего сделаны души, что, находясь в пустоте, не заполняют ее? И – самое главное – куда деваются души, очистившиеся полностью, но не имеющие тела для рождения? Ведь эльвов становится все меньше. Возвращаются ли неразумные, низведенные до животного мышления души на землю, или остаются Там – прозябать в пустоте в полном одиночестве? Или никакого возрождения нет, и души приходят из ниоткуда, чтобы уйти в никуда?

Тивелий прервал его размышления, предложив ему кроличью ножку.

- О, а вот и Тамиладу, - обрадовался он. – Сынок, ты как раз к ужину. Хочешь кроличьи почки? Печенка тоже ничего, только, думаю, суховата, а вот сердце… Эй, что-то случилось?

- Лиссы за Пелавой, - отдышавшись, ответил Тамиладу.

Глава 9

Норлак, Тэлла и Акулий Клык когда-то были горными крепостями, призванными защищать всех жителей к востоку от гор. Но постоянные набеги урлангов вынудили людей переселиться на западную сторону Серых Хребтов. Солнечное плодородное Загорье было заброшено, овощи и зерно больше не поступали в крепости, и они начали пустеть. Первым сдался Акулий Клык как самый восточный и особняком стоявший город.