Невеста вне отбора

То, что происходило, вполне во вкусе моры Ровейн. По крайней мере, мэдчен ван Ретт так показалось — она не слишком хорошо изучила свою дуэнью. Но мужская одежда, грубоватые речи и почтовый дилижанс на территории королевского парка…Это все чем-то между собой схоже.

— Я даже не буду пытаться угадывать, — проворчала Мадди, — но определенно интересно.

Катти засмеялась, когда на землю соскочила мора Ровейн. В мужских брюках, белоснежной рубашке, тесном корсаже с пришитыми фалдами. И широкой улыбкой. На ее фоне остальные выходящие женщины, во вполне привычных платьях, как-то потерялись.

— Цветник, — прицокнула она. — Кто Катарина ван Ретт, шаг вперед!

Катти шагнула и склонила голову. Она помнила, что для окружающих они с Германикой незнакомы.

— Поладим! — Мора Ровейн хлопнула Катти по плечу и шепнула: — Подруга есть?

— Ванен Скомпф, — одними губами ответила ничего не понимающая Катарина.

— Вернитесь в строй, мэдчен ван Ретт, — приказала Германика.

За четыре минуты между невестами были распределены дуэньи.

— Почему ван Ретт сразу с дуэньей, а нас выбирали?

— Потому что она — ван, — коротко ответила мора Ровейн.

«Спасибо, мора Германика, — мысленно вздохнула Катти. — Дразнить собак ваше любимое занятие, но не мое».

Зато Боудира отшатнулась так, будто ее ударили.

— Законы учить надо, — вполголоса фыркнула Ильтиона и сладко улыбнулась. — У ванов обслуга должна обладать некоторыми особыми умениями.

И так это похабно прозвучало, что Мадди не удержалась от смешка.

— Абсолютно верно, мэдчен, абсолютно. Когда девушка обладает магическим даром, то дуэнья должна превосходить свою подопечную как минимум вдвое.

А вот это прозвучало угрожающе. Ильтиона ванен Торн нервно улыбнулась и присела в реверансе. Шутить со взрослым магом желающих не нашлось. Тем более что мора колдунья не представилась, и определить ее статус было невозможно.

Катарина же замерла, пытаясь понять — отчего у моры Германики Ровейн нет приставки «ван» или «ванен».

— Так, ну что стоим-то? Гонг все слышали? — Мора Ровейн встала перед неровным, неуверенным строем невест.

— Слышали, — за всех ответила Катарина.

— Теперь будете слышать его чаще, — широко улыбнулась Германика. — Одна из вас станет королевой. И абы на кого венец не наденут.