Я бегу по снегу босиком

— Сначала иди смой напасти сегодняшнего дня, — она погасила свет, запустила посудомойку, провела серию загадочных манипуляций на своей высокотехнологичной кухне, ответившей хозяйке перемигиванием огоньков, — я жду.

— Я приползу, даже если нежить отрежет мне все руки и ноги.

В ванной он чуть не уснул. Произошедшее сегодня наваливалось на сознание серой чугунной плитой. Бесконечно прочный организм титана буксовал и требовал передышки. В спальню Клавдий действительно приполз, обнял спящую жену и провалился в сон без сновидений.

Все будет завтра.

___________________________________________________

¹ Имморталис — бессмертный.

9. Усталость

«Циник — это усталый романтик.» В. Вулф

Огромная, всепоглощающая, тягостная. Длиною, казалось бы, в вечность. Навалилась, расплющила, душила и ранила.

Эрис невероятно устала.

От вечной погони за смыслом, от череды бесконечных предательств.

В своей жизни однажды каждый бессмертный задает себе просто вопрос: в чем смысл его пути длиной в бесконечность? У смертных все просто: пришел, выполнил минимум жизни, не сорвался в пропасть Тьмы, не убил, прошел по тонкому лезвию, балансируя между Светом и Тьмой осторожно, и все, ты свободен.

Короткая партия с простыми правилами игры.

У них — все иначе. Вечные прикованы к биомассе будто бы кандалами. И что там, за гранью — не знает никто, только вера и мифы. Высочайшие были вольны возвращаться, просто бессмертные — исчезают навечно, словно бы их тут и не было.

Была еще древняя легенда о Зеркале мира и том моменте, когда их племени будет разрешено возвращаться. Кем? Когда? Как? В этой легенде все было слишком наивно и пропитано трогательными надеждами. А значит — место азеркинов всецело в этом мире.

И Маричка имела несчастье родиться бессмертной.

В ее варианте пропорций это можно было сделать лишь одним способом: рождаясь, убить одного из родителей. Прирожденный убийца. А ведь она даже не знала, кто подарил ей это проклятие.

История угольных драконов затерялась в веках, ни одна летопись о них не вспоминала, все, что она смогла найти, было лишь новоделом.

Маричка. Это имя для нее не значило ничего абсолютно. Как ее только не звали... Дошло до того, что она просто брала себе имя последней убитой в ритуальном круге ее рукой. То была юная ведьма, хотевшая стать величайшей. Сама согласилась, сама отдалась.

Эрис — это имя ей дали в храме великой Матери. Ее главное, единственное имя, в котором черпалась великая сила.