Запутанные строки любви

Посиделки в старом парке постепенно сменились на различные мысли о прочитанных романах и размышления о своём прекрасном принце. Чтение этой части доставляло особенную радость герцогу, даже несмотря на краснеющие уши и учащённое биение сердца.

Когда же он добрался до последних записей дневника, верный Зан устал таскать в кабинет тазы с ледяной водой, а настойка из кошачьего корня* стала его незаменимым спутником днём и ночью.

— Мальчик мой, с Вашим-то здоровьем, — отмахнулся старик, остро переживающий любые волнения герцога, — хватит эту муру читать!

Герцог в очередной раз покорно кивнул и откинулся на спинку кресла.

Разумеется, он понимал, что Зан прав, и чтение чего-то столь волнующего его убивает, но неуёмное любопытство не позволяло отступиться.

«Занятно», — подумал герцог, облизывая холодные губы, — «эта история приобретает удивительный оборот».

Кошачий корень расслабил уставшего герцога. Он прикрыл глаза и...

...тёплые воспоминания обняли его, будто велюровая бордовая мантия с золотыми кистями по краям.

Он сидит на руках виконта Ноа, а напротив них расположились Патриция с близнецами. Они едут смотреть лошадей.

— Смотри, — виконт указывает на табун чёрных лоснящихся скакунов с волнистыми гривами до земли, — это фризы. А там, — он переводит палец на пару белоснежных лошадок, — першероны.

В тот день Его Светлость понял, что очень любит лошадей. Правда, одна своенравная пони его укусила, что доставило радость маленькой Соле, но это было мелочью.

Воспоминания сменяют друг друга.

Шумная компания в беседке на самом берегу моря. Он, близнецы, Бефана, и ещё великое множество детей сидят за накрытым столом. А во главе она, любимица всех дворцовых детей, — Патриция Пена. И у них сегодня чаепитие. Маленький Дамьен счастлив. Он пытается прижаться к тёплому боку виконтессы, но ревнивая Сола отпихивает его. Завязывается драка.

— Соламиа Патриция! — ругается виконтесса, — Леди так себя не ведут! Будущая правительница должна вести за собой, а не воевать!

Девочка дуется и сердито зыркает на Дамьена яркими синими глазами.

От её взгляда у него бегут мурашки.

— Нет, я буду правителем! — рассерженный Эван бросает в Солу блюдце. — Я старший сын!

То чаепитие было испорчено яростной дракой между близнецами, но в воспоминаниях Его Светлости этот день был одним из самых любимых, даже не смотря на то, что он просто прятался за Патрицией и сжимал в кулачке полол её платья...

Он был счастлив рядом с виконтами.