Сердце степи. Полёт над степью

Я почти в полном порядке. Думаю, через несколько дней смогу возобновить верховые прогулки.

- Улхасум Гатэ по причине слабого здоровья не вмешивается в управление гаремом, хоть это и является её обязанностью. Возможно, из-за её невмешательства у тебя создалось впечатление, что тебе здесь позволено всё. Ты ошибаешься. Великий Ул-хас крайне недоволен тем, что ты покидаешь пределы внутреннего города. Ты принадлежишь гарему и обязана соблюдать правила. Я неоднократно предупреждала тебя, что за проступки ты вылетишь отсюда со скоростью…

- Я слышала тебя, хасум Йерин, - перебила её Камайя, отчего вторая жена чуть не захлебнулась гневом.

- Ты забываешься! - воскликнула Йерин. - Не забывай - то, что сегодня на вершине холма, завтра может скатиться к подножию!

Она развернулась, звеня тонкими золотистыми фигурками птиц на своём причудливом головном уборе, и вышла, а за ней, одарив Камайю колким взглядом, последовала улсум со служанками.

- Госпожа, с тобой всё в порядке? - Дерре посторонился, давая дорогу процессии, и поспешил в комнату.

- Да. Хасум Йерин против моих прогулок. Пугала меня Ул-хасом.

- Госпожа желает ачте?

- Нет, Дерре. Хасум напомнила, что у меня много дел снаружи, - усмехнулась Камайя, вгоняя Дерре в отчаяние, и его взгляд стал умоляющим. - Пойдём-ка, сходим в город.

8. Руан.Ураганы у островов Ласо

- Кир Руан, там приходили из лечебницы…

Руан рванулся, хватая халат на меху, и выбежал наружу, хлопнув Буна по плечу.

- Нашли? - спросил он у Ермоса, который расплачивался с мальчишкой за бурую овцу.

- После того подвала у восточных ворот - никаких следов, - удручённо покачал головой Ермос. - Как сквозь землю провалился. Мы полночи расспрашивали… Никто не видел.

- Значит, нашёл ещё какой-то подвал. - Руан на ходу завязывал тесёмки. - Алай как?

- К Оладэ ушла. К сестре, - сказал Ермос ему в спину.

Ну и хорошо, думал Руан, в сопровождении Айтелла размашисто шагая по улице к воинскому двору и лечебнице.

- Господин Руан, действие отвара закончилось, но ему очень худо. - Тревога на лице Аулун была сильной, и Руан нахмурился. - Не знаю, что он расскажет, но я прошу разрешения снова дать ему сонный отвар после.

- Худо?

Тур сидел в углу, вжавшись в стены, и тихо подвывал. Опухшее лицо перецветало в синеву.

- Эй, парень! - Руан наклонился к нему, унимая отвращение от вида грязных тряпок.