Сердце степи. Полёт над степью

Гатэ потеряла здоровье и зрение, а теперь может потерять влияние. Со стороны Камайи это было бы предательством.

Она шагнула вбок и схватила Аслэга под руку. Он дёрнулся и с опаской покосился на неё, потом свирепо нахмурился.

- Что ещё за дела? - прошипел он, и Камайя почувствовала, что его рука под пальцами напряжена до предела. - Что ты задумала?

- Не дёргайся, - прошипела она с милой улыбкой. - Выполняю обещание, данное твоей матери.

Аслэг на миг сморщился, потом накрыл её руку своей и погладил пальцы.

- Не переигрывай, - тихо предупредила Камайя, улыбаясь идущему навстречу Эрту, который внимательно посмотрел на них перед тем, как остановиться и поклониться. - Не забывайся, понял?

- Ни на миг не забываюсь, - сказал Аслэг, сжимая её пальцы, и в груди отчаянно заныло, а в носу защипало. - Ни на миг. Пойдём длинным путём, лисица, покажемся ещё где-нибудь.

Камайя яростно пихнула его локтем, стараясь попасть в место почувствительнее, и сразу же улыбнулась улсум Туруд, которая вышла из-за угла и поклонилась, елозя по их рукам шершавыми колючими взглядами.

- Можешь отпустить, - пробормотала она, когда ворота дворцовой части с еле слышным скрипом закрылись у них за спиной. - Я сказала, пусти!

- Как пожелаешь, - ледяным тоном отозвался Аслэг, брезгливо отбрасывая от себя её пальцы, будто стряхивал с одежды насекомое. - Перед нашими личными слугами нам выделываться не обязательно.

Камайя замерла на миг, задыхаясь, оскорблённая этим движением. Она шла к лекарскому дому, пылая от гнева.

- Да как ты смеешь? - обернулась она, не выдержав переполнявшей её ярости, и наткнулась на его свирепый прищур.

- Сама напросилась, - резко бросил он, распахивая дверь. - Расхлёбывай.

16. Руан.Счастливая новость

Руан удручённо разглядывал синяки и ссадины на теле Рикада, а тот сидел, схватившись за голову, и стонал.

- Схватили, потащили, - причитал он. - Как так можно с мужчиной? Позор! Тащили по улице… Все видели, пальцем тыкали… Руан, надо мной смеялись!

- Сиди, чёрт безмозглый, - брезгливо сказал Руан, глядя, как Аулун стирает подозрительного вида грязь с лица и волос Рикада, и как Ичим вертится вокруг него, пытаясь смыть печали хозяина розовым языком.

Скрипнув, открылась дверь, и в комнату зашёл Аслэг, чернее самой чёрной тучи, а за ним, прожигая взглядом дыру в его затылке, хищно и упруго шагала Камайя с побелевшими от ярости скулами и красными пятнами на шее.