Великий князь и я. Театр

Честно говоря, у меня не было слов, чтобы описать эту роскошь. Монументальные колонны, облицовка из голубого, розового и серого мрамора, изящные портики и балконы - архитекторы постарались на славу, создав образ лёгкого и яркого дворца в классическом стиле.

Ладно, я прониклась - такой богатый князь вполне мог оставить нас ожидать на улице.

Мы прошлись по пихтовой аллее к парадному входу во дворец. Нас уже встречали лакеи, учтиво распахнувшие двери и принявшие накидки. Без верхней одежды я машинально съёжилась.

Перед каретой маменька сделала мне красивую объёмную косу с прядями-завлекалочками и жемчужными шпильками. Чуть подкрасила глаза, добавила румян, пудры, смазала чем-то липким и блестящим губы. Естественно, очки я тоже сняла, но... тяжёлый день без возможности освежиться и отдохнуть оставил свой след - я выглядела плохо.

Этакой чахоточной барышней из романа.

- Граф Павел из рода Сириновых, графини Елизавета и Ксения из рода Сириновых, - прогремел управляющий. На лестнице уже стоял старый князь с сыновьями.

- Князь Снежан Верданский с сыновьями - Елизаром и Феликсом приветствуют гостей в своём доме. Да будут наши боги снисходительны к иноверцам!

- Да будет наш бог снисходителен к чарам, не идущим во зло, - закончила я ритуальную фразу.

Воцарилась лёгкая неуклюжая пауза. По традиции девушка, входящая в дом невестой язычника, отказывается от своей веры. Я же подчеркнула, что меняться в угоду жениху не собираюсь.

- Дерзко, - хмыкнул один из сыновей, - твоя избранница - та ещё штучка, братец!

Значит, мой вероятный жених - второй.

Высокий, словно замороженный блондин, наглухо затянутый в чёрный длинный мундир. Судя по виду, он старший - Елизар. Феликс был намного гибче и подвижнее - он успел и мне подмигнуть, и брату что-то нашептать. Тоже высокий блондин, но волосы подлинее и кудрявые - по последней моде.

Старый князь Верданский оказался... не таким уж и старым. Он выглядел вполне крепким и здоровым мужчиной в возрасте сорока пяти, может, пятидесяти лет.

Старший сын был практически его копией.

За моей спиной громко охнула мама.

- Дочка в маменьку, - в отличие от высокого голоса Феликса, Снежан Верданский говорил с приятной хрипотцой, - Лизабет в молодости тоже была остра на язык. Что ж, приветствую гостей в моём доме. Располагайтесь, отдыхайте... Лиза!

Я стремительно повернулась и вскрикнула - бледная как смерть маменька едва держалась на ногах. Боже Великий, она будто привидение увидела!..

- Не может быть...