Великий князь и я. Театр

Выражение его лица стало каким-то хищным, неприятным, но стоило моргнуть - и наваждение рассеялось.

- Ну-ка, а что вы с господином Темногорским делали утром? Директор ваш дюже молчалив, может, вы поведаете мне правду, барышня?

Я рассмеялась. Темногорский тоже улыбнулся, незаметно мне подмигнув. Будем считать это за согласие.

- Господин Темногорский налетел на меня на дилижансной станции. Мы не были знакомы, просто столкнулись и разошлись, а потом ехали в одном дилижансе.

- Всё так, - подтвердил директор, - накануне я встречался со старым другом.

Мы гуляли в трактире всю ночь. Утром на станции я действительно столкнулся с госпожой Сириновой. Она была крайне недовольна моим внешним видом, поэтому знакомство увы, не состоялось.

- Да, его запах не располагал к знакомствам, господин Сосновский.

Следователь сощурился:

- Вы издеваетесь надо мной, госпожа Сиринова?! - рыкнул он, что я аж отшатнулась. Чуть ноги Темногорскому не оттоптала!.. Поймав меня за локоть, он удержал, не давая упасть.

- Попредержите коней, Сосновский, - в возникшей тишине голос директора прозвучал хлёстко, как пощёчина, - ещё один вопрос в подобном тоне - и вы покинете мой театр. Сирин, ты свободна.

Этой простенькой фразы оказалось достаточно - кивнув Сосновскому, я вылетела из кабинета.

18

Непривычная тишина буфета царапнула меня уже на входе. Погружённая в свои мысли, я не сразу обратила внимание на пустые столики и заполненную до отказа витрину. Это что же, Ясинский совсем озверел?.

. Или они настолько увлеклись, что пропустили обед?..

Обычно я приходила к концу утренних репетиций. В начале первого у актёров был перерыв, который Ясинский мог сократить по необходимости, но ещё ни разу не отменял. Собственно, он тоже приходил отобедать, только сидел за отдельным столиком, в стороне. Сомневаюсь, что это было признаком брезгливости и высокомерия - скорее всего, язычник просто не привык к новому месту. Всё же такие радикальные перемены - столичный театр вместо шах-ашенского, верующие вместо язычников, и в роли директора - самоуверенное "дарование", а не мастер.

Хотя сегодня Темногорский был другим. Нет, тонко издеваться над следователем как раз в духе нашего директора. Но последняя его фраза прозвучала иначе, неправильно. Голос с жёсткой расстановкой акцентов. Голос взрослого мужчины, привыкшего брать ответственность за людей. Примерно так защищали своих бедовых учеников наставники кадетского корпуса в Ладанье.