Сделка с джинном

Стертые ладони саднило, я замахала ими в воздухе, освежая. Рядом спрыгнул Питер. По его задумчивому лицу я поняла, что он слышал мое бормотание. Пристально посмотрел, собирался что-то спросить, но я опередила: не хотела вопросов.

— Я сильно их люблю. Патрик — это мой брат, если что… Ты на него немножко похож.

«Ви, замолчи! Заткнись немедленно! Питер прекрасно проживет без этих сведений!»

Питер глядел странно: хмурился, закусив губу. Я совсем смешалась. Теперь Питер наверняка решит, что я не в себе.

К счастью, в это время приблизился наш учитель-мучитель и указал на торчащие из земли столбики, над которыми раскачивалась шипастая дубина.

Такой по голове прилетит — мало не покажется.

— У нашего боевого цыпленка глаза полезли на лоб, — прокомментировал он мой ошалевший вид. — А я-то похвалить тебя хотел за упорство. Не боись, цыпленок, я остановлю снаряд, если палица окажется в непосредственной близости от ваших пока не слишком умных мозгов.

— А успеете? — засомневалась я.

Эрмин расплылся в зловещей ухмылке:

— Вот теперь уже не знаю! — и добавил, сверкнув глазами: — Всегда доверяй своему командиру, новобранец!

Не знаю, как эта полоса препятствий меня не добила.

Когда я совсем выматывалась, Эрмин вливал немного силы. Мы пропустили ужин. К последнему снаряду подошли в сгущающихся сумерках.

— Транспортировка пострадавшего! — с гордостью сообщил наставник. — Радуйся, цыпленок. Вообще у нас здесь работа в парах, но ты, как ни старайся, без магии своего напарника не унесешь. А я сам запретил использовать магию.

Значит — что? Правильно! Отдуваться будет Питер!

Перед нами чернела полоска пустой земли, на первый взгляд, совершенно безопасная.

— Питер, цыпленка на руки — и вперед.

Я смутилась: мужчины на руках меня пока не носили. Брат не считается.

Питер подхватил меня легко, как пушинку, и замер, будто и сам был смущен.

— Обними за шею, — попросил он. — Какая ты… хрупкая…

— Косточки-то цыплячьи! — согласно хохотнул Эрмин.

Питер ступил на полосу, и тут же справа из-под земли вырвался столб огня.

— Пригнись, дуралей! — крикнул наставник в спину Питера. — И короткими перебежками. А то подпалит тебе шевелюру, несмотря на косынку.

Я сжалась: я боялась огня.

— Закрой глаза, — прошептал Питер, надежно и бережно удерживая меня в объятиях. — Я все сделаю сам.

Я доверилась и зажмурилась. Где-то рядом ревели огненные струи, жаром обдавало лицо, но на руках Питера мне было ничего не страшно.

Завтра нам придется расстаться навсегда, и этого не изменить.