Мой огненный пёс Семаргл

Наверное, надо бороться, но как? Разве есть у неё хоть что-то, что можно противопоставить такому?..

Чёрная тень протянулась по земле позади неё, подползла ближе, боязливо лизнула ботинок, потом, осмелев, уверенно легла на ногу. Та тотчас онемела…

…Это был резкий, как молния прыжок, и низкое рычание сопровождало его, словно гром. Он приземлился, чуть пригнувшись, прямо перед ней, загородил широкой спиной от цепи чернильных лиан, что уже взбирались на нижние ветви клёнов. В правой руке, отведённой в сторону, на раскрытой ладони, меж напряжённых пальцев возник сполох синего пламени.

Раздался беззвучный визг, который, казалось, возник сразу под черепной коробкой и гвоздём вонзился в уши. Неровная дуга синего пламени цепью маленьких костров очертила впереди границу, за которую отпрянули тени. Задние тоже притаились и больше не лезли в атаку. Та, что почти уже карабкалась по Кириной спине, тоже убралась куда подальше, хотя ног Кира всё ещё не чувствовала.

Стало светлее. Она отчётливо увидела Артёма, который всё так же стоял к ней спиной на полусогнутых, принимая бой лицом к лицу. Пока она бесполезно валялась в грязи…

Кира изо всех сил упёрлась кулаками в землю и нечеловеческим усилием оторвала себя от поверхности. Выпрямиться удалось не сразу. Она сделала несколько робких шагов вперёд, как ребёнок, который учится ходить. Только бы не упасть! Второй раз ей уже не подняться.

Артём был такой и не такой одновременно. Что же это? Что изменилось?.. Кира вдруг увидела в его густой шевелюре острые собачьи уши, как у немецкой овчарки. И одежда – это уже была не школьная форма, в какой выходили утром из дома. Что-то белое, длинное, развевающееся, с широкими рукавами и ярко-красным узорчатым поясом. Не то кимоно, не то какой-то кафтан, в каких рисовали витязей в детских книжках…

Кира почему-то ничему не удивлялась. Обычный Артём ведь не мог бы творить на ладони синие огни и поджигать ими клёны… В этом перевёрнутом с ног на голову мире собачьи уши были далеко не самым странным.

Она наконец добралась до Артёма и коснулась рукой его спины.

Он резко повернулся к ней и успел подхватить, когда Кира начала падать от накатившей слабости. Те несколько шагов потребовали слишком больших усилий. Но она не могла их не сделать – она вся теперь была как стрелка компаса, что всегда тянется к своему Северу.