Мой огненный пёс Семаргл

Вдалеке маячило светлое пятно летней сцены под жёлтым куполом крыши, к ней спускались ярусами, как в колизее, длинные ряды пустых деревянных скамеек. Как будто случился конец света и все люди разом исчезли, оставив после себя только немые следы своего мимолётного существования…

Дальше крутой склон сбегал к большому продолговатому озеру, в котором водились утки. В этот поздний час озеро было мертво и молчаливо. Ничего похожего на призрачную магию Чистых прудов – это озеро было по сравнению с ними, что седой ворчливый старик пред юной девушкой.

Кира и Артём переглянулись.

- Облом, - шепнул ей сосед. Кира невольно улыбнулась.

- Ты уже почувствовал разрыв? – спросила она. Он в ответ молча покачал головой и обратился к Энгельсу:

- А если по логике, где он может быть? Не хотелось бы искать наобум – мы так всю ночь провозимся.

Энгельс задумался.

- Перед тем, как идти сюда, я изучил немного предысторию этого места. Сам по себе парк – практически новодел, по историческим меркам.

Он был заложен всего-навсего в тысяча девятьсот шестьдесят первом году, в честь очередного съезда КПСС. Кстати, на месте бывших монастырских садов. Даже странно, что он производит такое древнее впечатление. Видимо, есть что-то особенное в самой этой точке на карте, что влияет на наше восприятие. Да и на растительность тоже – вон какая чащоба вымахала!..

Ребята молча спускались по дорожке к мосту, что пересекал пруд. Энгельс меж тем продолжал рассказ.

- А вообще, я думаю, прорыв как-то связан с древними курганами вятичей, которые расположены где-то на территории парка.

Вятичи были одним из славянских племен, селились здесь издревле.

- Как давно это было? – спросила Кира.

- Ну… Вообще-то территория современной Москвы была заселена уже сорок тысяч лет до нашей эры, в эпоху верхнего палеолита. Кто знает, кто это был, и какое отношение имеет к нам, сегодняшним её жителям. Может, совсем никакого, а может, и родственное. Археологи обычно уклоняются от ответов на такие вопросы – археологические культуры они называют как-нибудь нейтрально, типа «культура шнуровой керамики», или там «культура боевых топоров»… А вот кто покрывал керамику шнуровым узором или делал эти пресловутые боевые топоры?.

.

- Это как раскопать современную Москву сотню тысяч лет спустя и делить её на культуру «пластиковых стаканчиков» и «сломанных мобильных телефонов», - хмыкнул Артём.

- Совершенно верно, - кивнул Энгельс.