Дракон с отрезанными крыльями

Может, и правда…

– Не ешь! – зашипела Ана, когда внимание родителей вновь переключилось на племянницу, и она получила возможность действовать незаметно. – Вдруг она подмешала туда чего? Меня Эдрик предупреждал: с этой рыжей станется!

Дарре посмотрел на нее с удивлением. Ну ладно, он, огребший от хозяев на три жизни вперед, мог думать подобные вещи – и то в незапамятные времена. Но Ана-то откуда таких глупостей набралась?

– Она же твоя сестра, – ошеломленно заметил он. Ана поморщилась.

– Была нужда в таких сестрах, – огрызнулась она.

Дарре передернуло. Вряд ли Ана могла знать о его одержимости Айлин, иначе не стала бы бить по больному. Однако попала точнехонько в цель. Так, что Дарре моментально расхотелось продолжать сидеть за столом и делать вид, что он рад нежданной гостье.

– Я пойду, ма, – поднялся он со своего места. – Обещал Эйнарду вечером в госпиталь заглянуть – он заждался, наверное.

Прежде чем Ариана успела ответить, Айлин вскочила на ноги.

– И мне пора, – засуетилась она. – Никого не предупредила… Потеряют, волноваться будут…

– Подожди, я провожу: темно уже, – Лил тоже встал и, прихрамывая, направился за курткой. Попавшая шесть лет назад в капкан нога периодически давала о себе знать неприятной ноющей болью, и сегодня был именно такой день. И Дарре, прежде чем успел обдумать собственные действия и их последствия, выдал:

– Я провожу, – тут же сжался, не зная, чем обернется подобное предложение, и все же продолжил: – Как раз в госпиталь по пути.

То, как Айлин вздрогнула, стиснула руки в кулаки и с каким-то отчаянием взглянула на Ариану, не заметить было невозможно. Дарре даже растерялся на пару секунд. Она что, его боится? Так он вроде в насильственных действиях замечен не был. Даже после поцелуя сразу отпустил и пальцем не притронулся. Как она и требовала. И впредь не собирался.

– С-спасибо, не нужно, – пробормотала Айлин. – Тут недалеко, я сама добегу.

Дарре неожиданно разозлился. И так через себя переступил, помощь этой беспредельщице предлагая, так она еще и упрямится! Неужели рассчитывает, что ее уговаривать будут? После ее-то выходок?

И все же жалость к отцу была сильнее неприязни к рыжей девчонке.

– Одна не пойдешь, – заявил Дарре, понимая, что отец не опустится до пререканий, а просто молча выполнит обещание, несмотря на травму, – придется выбирать провожатого. Только учти, что у отца нога разболелась, а Вилхе завтра вставать ни свет ни заря.