Дракон с отрезанными крыльями

Оставалось только надеяться…

– Она сама отдала тебе Айлин на воспитание, посвятив себя Эйнарду и лекарскому делу, – чуть жестко отозвался Лил. – И вряд ли имеет право на претензии: эту девочку любой другой можно в пример ставить и в части смелости, и в части способности к состраданию. И сегодня на ярмарке…

– Сегодня на ярмарке мне торговец сказал, что снова трудные времена настают, – совсем тихо проговорила Ариана. – И что все зависит только от нас. И потом велел на площадь пойти, потому что там все и начнется.

Я… боюсь теперь сделать что-то не так. Одно дело – когда свою судьбу решаешь. Но когда…

– Посмотри на него, – прервал ее Лил и кивнул в сторону тяжело дышавшего парнишки. – Разве можно сомневаться в правильности нашего поступка? Какие тут варианты?

Ариана, будто следуя совету, долго вглядывалась в драконьего детеныша. Нет, сердце однозначно отвечало на вопрос Лила: оно было счастливо от того, что удалось спасти эту жизнь. И все же беспокойство точило изнутри. Что же имел в виду сегодняшний посланник? И что сделать, чтобы отвести беду?

– Все будет хорошо, – то ли для себя, то ли для Лила, то ли для мальчика прошептала Ариана.

И в ту же секунду увидела, как открылись желтовато-серые глаза и как настороженно уставились на нее в напряженном ожидании…

Глава третья: Дарре

Дарре не хотел просыпаться. Во сне было его единственное утешение – без хозяина, без страха, без боли. Бесконечной боли, которая мучила, но никак не могла убить. Дарре ненавидел свое тело, способное выносить многодневный голод и совершенно безумные издевательства.

Оно давно предало своего хозяина, принимая пытки и не позволяя оборвать их на корню. Сколько молитв о смерти послал Дарре Создателям, но так и не был услышан. Они отвернулись от него – давно, три года назад, когда заманили в человеческую ловушку и отдали на растерзание.

Охотники продали Дарре братьям-земледельцам, тут же впрягшим дракона в плуг и загрузивших работой до изнеможения. Ни днем, ни ночью не было ему отдыха: хозяева сменяли друг друга, возделывая поля и не заботясь о том, есть ли у пленника силы на новый рывок.

Если их вдруг не оставалось, на помощь приходил кнут с массивным набалдашником, разрываюшим даже драконью броню. О кормежке хозяева и вовсе не беспокоились, и Дарре приходилось перебиваться найденными в бороне корешками или, в лучшем случае, мышами и кротами, изредка попадавшимся ему в пасть.

Дарре пробовал голодать, но кнут поднимал его в любом состоянии.