Заплутавшее счастье

Тогда Саша принюхалась. Странных запахов из комнаты тоже не доносилось. Она вошла внутрь и нажала на выключатель, чтобы зажечь свет, как вдруг лампочки в люстре все, как одна, с оглушающим хлопком взорвались. Саша вскрикнула и  сразу зажмурилась. Она почувствовала, что пара осколочков успела вонзиться в щеки, но затем девушка обхватила голову руками и присела на корточки. Тыльные стороны ладоней больно закололо. Они приняли удар на себя. 

- Что ты тут опять устроила? – Марина Кривцова стояла на пороге и осуждающе смотрела на Сашу.

- Я тут не при чем, - сказала девушка, выпрямляясь. – Лампочки взорвались.

- И почему все неприятности происходят только с тобой? Твой единственный талант – их притягивать, да? – Марина злорадно улыбнулась. – Ладно, идем в мой кабинет. Я попрошу поменять тут лампочки.

Женщина развернулась спиной к Саше и принялась быстро набирать сообщение на телефоне, удаляясь в сторону своего кабинета. Девушка засеменила следом за ней. Она посмотрела на свои руки.

Выглядели они плачевно, были сплошь покрыты мелкими царапинками, в которых поблескивали осколки стекла. Кровь медленно растекалась по рукам, покрывая их красной паутинкой. 

- Итак, Саша, я хотела сказать тебе, что мне все это надоело, - сообщила Марина, устроившись за столом в своем кабинете. Валицкая присела на гостевой диванчик. – Вся съемочная группа тебя ненавидит. С тобой постоянно случаются неприятности, которые тормозят съемочный процесс и влетают нам в копеечку.

Вспомнить одни испорченные костюмы. А их создание, между прочим, дорого обходится. В общем, я приняла решение о твоем увольнении. 

- Но мы ведь уже приступили…

- Мы отсняли не так много, чтобы переживать. Твое содержание на площадке обходится слишком дорого. 

- Но ведь у нас контракт…

- Хочешь неустойку? Милочка, да мне в пору с тебя требовать возмещение ущерба. Давай расстанемся полюбовно и не будем портить друг другу жизнь. Я ведь могу замолвить словечко, и тебя даже в третьесортные сериальчики брать перестанут.

Усекла? 

- Вполне, - Саша сжала кулаки так, что костяшки пальцев побелели. Кровь проступила на коже еще сильнее, но девушка не обращала на это внимания, как и на усиливавшуюся боль. Она собралась уйти, но замерла у двери, чтобы задать вопрос, который давно не давал покоя. – Если вы так меня ненавидите, зачем дали роль? 

- Будь моя воля, я бы тебя к фильму не подпустила. Это Игнат настоял.