Ты вышел из тьмы

Бандиты замотались тряпками до самых глаз.

Он сосредоточился, нервы мучительно дёрнуло, но смог отбросить сразу всех волной, голубые искры истаяли снежинками. Двое зашли сзади, попытались скрутить руки, вывернуть их назад. Непростительная оплошность — это было именно то, что придавало Стефану сил, пробуждая всепоглощающую ненависть от крайне болезненных воспоминаний. Третий изготовился для удара кинжалом.

Тут рыжий Огонёк возник рядом. Маг вначале ощутил, не увидел. Почуял новую силу, немного взял от земли, от воздуха, собрал в единое.

– Потанцуем, – он резко бросил слова сквозь зубы, изогнувшись назад до нового приступа спазма нервов.

В другое бы время прошло легко, играючи, но сегодня придётся перетерпеть, быстрее разогнать дураков, как тараканов по щелям, пока не заметили девчонку. Тело звенело болью.

Изогнулся и, развернувшись, собрал природную силу земли, ударил по врагу. Изменил пространство, искривил, перескочил за спину того, что нападал с кинжалом. У Стефана был хороший учитель.

Многие считали старика Бертрана ни на что не годным кабинетным магом. А он научил маленького лорда Фолганда не только смешивать яды и создавать забавные иллюзии.

Раздался мелодичный звон вместе со звуком удара. Стефан поджаривал на углях нападавшего, наблюдая, как Вельда ударила последнего негодяя подносом. Тот осел мешком на землю, обхватил голову руками и пытался сообразить, что происходит. Всё было кончено.

Троица расползлась или разбежалась в темноту, а Стефан позволил себе вспылить.

– Где третий? Тот, которого ты так грубо прервала. Я только начал развлекаться. Слегка размялся, можно сказать. А ты очень непослушная Белка! Тебе было сказано оставаться на месте. И что же ты делаешь, – голос срывался. – Идёшь прямо в пасть к волкам! Глупая девчонка!

Но у рыжей девчонки было такое счастливое лицо, озарённое юностью и радостью победы, что остальные слова застряли в горле. Махнув рукой, Стефан сотворил портал и ушёл.

Глава 10.

Все дни Стефана были заполнены одним — он постоянно искал нечто важное, необходимое спасение, выход из лабиринта, куда загнали его жрецы.

И не находил, снова и снова. От итогов поисков зависело многое в жизни молодого Фолганда. Он не мог позволить себе отступить. А пока был вынужден следовать своей судьбе, выбранной не им тринадцать лет назад.

Нападение озадачило Стефана — в Фолганде никак не могло быть людей, способных переступить через кастовую условность и предрассудки.