Ты вышел из тьмы

Заметавшись по комнате, Вельда зацепилась за странную занавесь на зеркале, та сползла на пол. Белка и не заметила.

Бинты были найдены, рядом стояла тяжёлая бутыль, и Вельда догадалась, что жидкость тоже понадобится.

– Да, серебряная вода, – он кивнул.

С камзолом справиться не получалось, и Вельда, смутившись, начала помогать. Стефан молчал, сжав зубы, только вздрогнул, когда одежда отлипала от раны. Потом схватил бутыль, смочил бинт и попытался дотянуться до длинного рассечения. Получалось неловко, плохо.

Рана располагалась ближе к спине и полностью обработать её оказалось невозможным.

Лицо Стефана напряглось.

– Придётся тебе, – нехотя подставил спину. – Лей на рану, потом приложишь бинт, чтобы убрать лишнюю влагу и кровь.

Сделав всё, как велели, Вельда осторожно касалась краёв раны. Маг молчал, только иногда вздрагивал, дышал глубоко, рёбра ходили туда-сюда. Такие раны были ему не в первой, как поняла Белка. С ужасом она разглядывала спину, плечи, руки Стефана — всё тело в шрамах, небольших, но разной степени заживления, много и совсем свежих, пара дней не больше.

И один длинный по позвоночнику, самый старый, почти не видный. Подчиняясь внутреннему зову, пальцы Вельды коснулись именно его, прочертили линию вниз. Из груди Стефана вырвался хрип или стон, трудно было понять.

– Почему?

Не умещалось в голове Вельды: как так, откуда шрамы, что делали с этим человеком?!

– Ты умеешь шить? – вопрос он проигнорировал.

– Конечно.

– Зашивай.

Всё, что нужно, там же на комоде.

Нашла нитки и иглу, застыла над раной. Неужели придётся шить по живому? На это надо решиться. Это тебе не платье подшивать. Страшно и жалко Стефана. Какую же новую боль придётся ему причинить.

– Шей, не бойся. Я вытерплю. Не такое терпел.

Это она уже поняла. У Вельды тряслись руки, но собралась и приступила к делу. Стефан сидел, опершись руками о постель, и краем глаза Белка видела, как тонкие пальцы цеплялись за покрывало, сжимая его сильнее и сильнее, но маг не издал ни звука.

– Спасибо, – голос Стефана был холоден и суров.

Он попытался встать, сцепил зубы, оседая обратно на постель, а Вельда, выполнив задачу, убрала вещи на место, и внезапно почувствовала себя неуютно в этой богатой комнате. Нервное возбуждение спало, сменяясь опустошением. Маг жив, и мир возвратился к прежнему. Они по разные стороны. Сразу же вспомнился старый разговор на крыльце дома мага, вернув и обиду.