Ты вышел из тьмы

Лицо Рюта Тарвита приобретало спокойное и даже ласковое выражение только при взгляде на богатые подношения.

– Милый Стефан, что привело вас в моё скромное жилище?

От тона ревнителя лика начинало подташнивать. Стефан сжал кулаки, впившись ногтями в ладонь, чтобы не наброситься тут же и не размозжить голову Тарвита первой попавшейся золотой статуэткой.

– Когда вы отпустите брата?

– Удивительный вы человек, – он засмеялся. – Лорд Аспер хотел убить вас. Вы же его защищаете. Ну, да ваше дело. Мы никак не препятствуем свободе лорда, немного присматриваем, чтобы не наделал глупостей.

И чтобы вы вели себя благоразумно, драгоценный Стефан. Сейчас как никогда необходимо строгое следование сделке.

– Вы решили добить Фолганд, отдав его под власть Кукловода? Он становится сильнее. Вы не знаете, не видели его, не чувствовали ужас ледяной смерти.

– Иногда мне кажется, что вы безумны, – воздев руки к небу взмолился Тарвит, перстни на толстых коротких пальцах блеснули в свете факелов.

Стефан поблагодарил судьбу, что его лицо не может выражать и половины обычных эмоций, иначе сейчас точно бы выдал себя. Кольцо старого Бертрана среди прочих обнаружилось на руке Тарвита.

– А что будет потом? – маг старался говорить спокойно. – Когда лики Кукловода опутают наш мир. Вы задумывались об этом?

– Оставьте свои бредни, – Тарвит заметно терял терпение. – Покровительство Дивного бога и власть ревнителей лика — спасение для Фолганда.

Стало ясно, что убедить в чём-то Тарвита невозможно, Стефан и не рассчитывал, хотел прояснить некоторые позиции.

И тут нежданная радость, дар судьбы — кольцо Бертрана нашлось. Стефан найдёт возможность снять его с пальца жадного жреца.

– Хорошо. Я обещаю быть послушной куклой.

Он усмехнулся бы, но не мог, только спазмом дёрнулись губы. Стоило попробовать замолвить слово за брата.

– Но за это вы перестанете давить на Аспера. Оставьте его в покое. Это наши с вами дела, брат не имеет к ним никакого отношения.

– Ой, как вы ошибаетесь, прекрасный мой. Землевладелец важная фигура для Фолганда. Так что ничего не могу обещать, – ревнитель уселся за стол, заваленный бумагами и драгоценными безделушками, выражение его лица гласило, что разговор окончен.

Стефан ощущал усталость после бесполезной беседы. Общение с главным ревнителем лика выматывало не меньше, чем ритуал в крипте. Вроде бы недолго пробыл в покоях брата Рюта, а словно спустился на дно мира.