Отражения

Спине тут же стало холодно, и я вздрогнула, подумав, что кто-то в этой зимней темноте может следить за мной и прямо сейчас смотреть в меня неприятно-пристальным взглядом тысяч глаз.

— Мои симпатии однозначно на стороне Дара, — продолжила Присцилла как ни в чем не бывало и подошла к двери, ведущей в библиотеку. Я заметила у нее в руке две свечи. — Пойдемте, леди Лидделл. Сегодня никакой каллиграфии, обещаю.

Она тонко улыбнулась, наклонив голову к плечу, и придержала дверь передо мной. Я прошмыгнула мимо Присциллы, стараясь не задеть ее плечом или локтем.

В библиотеке никого не было, даже Корвина, который частенько поджидал меня здесь, словно угадывал, когда я собираюсь спрятаться в книгах. Только огонь в камине лениво доедал остатки дров. Я дернулась, чтобы хлопнуть в ладоши и зажечь кристаллы, но Присцилла цыкнула на меня и попросила повременить.

Становилось все интереснее и интереснее.

— Я прекрасно понимаю, что не каждая молодая девушка способна провести четыре часа, непрерывно выводя буквы или срисовывая в альбом листья растений, — Присцилла взяла подсвечник с полки, на которой стоял с десяток ламп, подсвечников и канделябров.

— Поэтому меня приятно удивила ваша усидчивость... хотя я и понимаю, что это в большей степени упрямство, чем послушание, — заметила она с оттенком удовольствия. — Скажите, леди Лидделл, вам понятно, для чего я заставляла вас заниматься подобной ерундой?

Она застыла рядом с камином и пристально посмотрела на меня.

Я вздернула подбородок и непроизвольно сжала правую руку в кулак.

— Концентрация и наблюдательность, — сказала я уверенно, потому что знала.

Присцилла оскалилась и кивнула:

— Концентрация, наблюдательность и усидчивость, милая, — она выделила слово «усидчивость», то, про что я забыла. — И кое-что еще. Уверенность пальцев. Твердость руки. Навык вести линию именно так, как тебе нужно, не давая ей уползти вбок. Не могу сказать, что у вас это все прекрасно получалось, но, — она наклонилась, чтобы зажечь от камина длинную щепку, а от щепки — одну из свечей.

— Но за старательность и, хм, упрямство вы определенно заслужили награду. Поэтому сегодня я попытаюсь научить вас одному фокусу. Погасни, — скомандовала она камину, и я вздрогнула, когда тот послушался — и действительно погас.

Резкие тени сделали лицо Присциллы хищным и злым, заострили скулы. Прикрывая огонек ладонью, Прис подошла к столу и поставила на него подсвечник. И отошла в сторону, на самую границу светового круга.