Река времен

– Болезнь увела меня далеко от света дня, но Небесная Мать напоила меня своим молоком и вернула к вам! – я решила, что немного божественного вмешательства поможет спасти положение. – Боги провели по тропам иного и открыли тайное. Ясна мне цель учения и решение владыки принимаю с великой радостью.

Отец смотрел на меня странно, как будто не веря своим глазам. Мачеха, казалось, совсем проглотила язык от подобной дерзости.

– Нам дОлжно принести большие жертвы и устроить праздник! – воскликнул владыка, – Всеблагая вернула мне больше, чем хотела забрать… В тебе вижу ушедшего сына, словно он говорит твоими устами.

– Да позволит мне родитель попытаться восполнить утрату, что все мы понесли, – глаза наполнились слезами, и я позволила себе заплакать. Надеясь, что это смягчит контраст от перемены характера. Вот бы еще как-нибудь отвертеться от замужества...

Взгляд отца потеплел, он встал и привлек меня к могучей груди. Его огромные руки ласково гладили меня по волосам.

– Ты, моя драгоценность, успокой свои глаза, ты вернулась к нам другой и все той же.

Я велел, чтобы тебе назначили самых мудрых учителей, но не перетруждай себя. Если наставники будут хвалить твое усердие, я подарю тебе ожерелье из солнечного камня.

С несколько мерзким ощущением на сердце я подняла на отца заплаканные очи, играя на его любви ко мне. Обещание дорогого подарка явно должно было подкупить девушку.

– Я очень постараюсь! Ты будешь доволен и подаришь мне много украшений! Только не дозволяй никому, родитель мой, даже упоминать о болезни моей и свойствах ее.

Это огорчает меня и может повредить делам! Язык людской только гадости приносит! – плаксиво попросила я.

Царь задумался, и на лице его отразилось понимание.

– Велю молчать о болезни дочери нашей и не говорить о том боле нигде, для блага земли нашей и по моей воле. Ослушников же сечь, невзирая на род и богатство! Донесите это до всякого во дворце! – проревел он окружающим.

Мачеха, судя по ее взгляду, к тому моменту съела бы меня с костями, но явно стеснялась.

– Твое решение мудро, муж мой! – выдавила она с раболепной улыбкой.

Царь окинул ее взором и продолжил:

– Прочих же царевен велю отправить в храм Иинат, чтобы постигли все тайны, нужные женщинам, которые красотой своей радуют наш взор. Об усердии их желаю знать.

Похоже, сегодня поле боя оставалось за мной, хоть я и четко ощущала, что балансирую на грани дозволенного. Остаток трапезы прошел в незначительных беседах. Владыка расспрашивал супругу о домашних делах и о сыне.