Непокорный трофей

О, небеса! Каталейе все же удалось запудрить мне голову своими речами о высоких чувствах. Какие чувства могут быть?

– Не боишься новых нападений? Этхельда своего не упустит...

– Хельда не тот человек, который будет мстить сразу. Если она не убила меня при последней встрече, то хорошо обдумает свой следующий ход. И я надеюсь, что наши дороги судьбы больше не пересекутся. Иначе… прольется кровь. А мне бы этого не хотелось!

– И чего же ты хочешь, Изгнанник? К чему стремишься сейчас?

Он как–то криво улыбнулся и выдохнул, словно очень уставший человек, не привыкший показывать свою слабость.

– Я хочу к морю! – вздохнул он, переведя взгляд на горизонт. – Ты видела когда–нибудь наши корабли? Старики говорят, что у каждого корабля есть душа. И он или принимает, или не принимает капитана. Порой, чтобы отомстить тому, кто не в силах с ним совладать, корабль может даже пойти ко дну. Веришь?

Умело ушел от ответа. Хочет поговорить? О чем же?

– Верю. В нашем мире много вещей, которые невозможно понять. В них можно только верить.

– Если бы нет – то меня бы здесь не было! – ответил Торем, кивнув на узкие ступени, и первым начал спускаться, даже не оглянувшись, иду ли я следом.

Но было у меня подозрение, что он все равно знает – слышит или чувствует, что я следую за ним.

Только у ворот он, коротко кивнув какому–то воину, бросил пару слов на незнакомом, каркающем наречии, раздав указания. И тот ответил так же коротко и быстро, словно отчитался.

Узкая тропа сразу за крепостной стеной, резко забирала влево, в сторону крутого склона, по которому мы с братом когда–то сбегали на побережье, чтобы встретить сирену и загадать ей желание. Часами просиживали на нагретых солцем валунах, вглядываясь во вскипающее пенными волнами море. Наверное, у каждого из нас тогда были свои желания. И у Тобиаса далеко не такие, как я представляла. Уже тогда…

Воспоминание о брате резануло по нервам. Но я тут же взяла себя в руки, предпочитая разглядывать знакомый пейзаж родных земель.

Нагретый солнцем песок вмиг просочился в сандалии. Стремительно темнеющее море, в котором отражались первые звезды, слизывало следы с мокрого песка.

На сколько хватало взгляда – ни души. Только одинокая лодка колыхалась на волнах, да и то так далеко, что я могла ее с чем–то и перепутать.

Чуть прикрыв веки, я вдыхала соленый воздух, словно умирающий от жажды путник пил воду.