Лев Бессердечный и хозяйка механического кота

В перерывах между вскрикиваниями хозяина особняка царила тишина. Крадучись, гость прошёл коридор и миновал сначала лестницу, ведущую в гостиную, а потом, собрав волю в кулак, спустился и к подвальной двери.

Уже приближаясь к входу в помещение, используемое для таинственного ритуала, Бессердечный начал ощущать незнакомые ему запахи, улавливать странные звуки и покрываться холодным потом.

Впервые спустившись к Магдэ и девушке, каллиграфически наносящей татуировки странным способом с применением химических реагентов, мало похожих на чернила, Лев ощутил похожее зловонье, только оно было куда более летучим, едва уловимым.

Тогда молодой человек мог сослаться на сочетание сырости, химии и плесени, но теперь он ясно понимал, что природа смрада, именно смрада, совсем иная.

Тухлые яйца, гниющие трупы, серные испарения — всё это перемешалось и било в нос, проникало в мозг. Голова закружилась.

Вскрикивания Магдэ сменились на дрожащие стоны, перемежающиеся с голосом девушки каллиграфа:

— Тише, мастер, тсс.

.. — она говорила ласково. — На сегодня стоит закончить.

Господин промычал что-то. Во рту, очевидно, снова был кляп.

— Нет, нет. Никакой спешки. Время есть. А с новым пилигримом Вы угодите Богине, отводя её от себя.

Это заставило насторожиться.

Лев вернулся в постель, как он надеялся, незаметно. Некоторое время он размышлял о действе в подвале. Магдэ неоднократно повторял об обязанностях пилигримов Богини перед ней после посещения лунной поляны. Было похоже, что он хочет освободиться от возможных обетов, данных всевышней госпоже.

Размышлять мешало зловонье, проникшее глубоко в носовую полость и запомнившееся, как казалось, навсегда. Лев встал с постели, чтобы прополоскать нос. Он сделал мыльный раствор, который сильно щипал слизистую, но на время дал возможность избавиться от остаточного смрада.

Магдэ окончательно затих. Значит, каллиграф уговорила его остановиться на сегодня. В глухой тишине сон подкрался незаметно и не отпускал до утра.

Хозяин дома выглядел свежим огурцом, он постучал в гостевую комнату и лично пригласил Льва к завтраку.

Солнца в окно видно не было, лишь лучи, поднимающиеся над башнями Атертона, намекающие на начало восхода.

Любитель неформальных посиделок за едой, Магдэ, в этот раз был полностью одет и снаряжён, Льва он попросил спуститься вниз также готовым к тому, что прямо из столовой они отправятся в дирижабль.

На завтрак подали рис с кокосовым молоком и креветками, а также яблочный сок.