Мой ветер перемен. Часть 1. Если можешь — беги

И направился вниз по улице небыстрым, но уверенным шагом.

Как поётся в песенке Молли из оперетты «Переполох в почтенном семействе«: «Он пошёл налево, я пошла направо. Вот и разошлись наши пути».

Постой, а ведь он в перчатках. Чёрные кожаные перчатки на обеих руках. Но я только что ощутила прикосновение живой человеческой плоти, готова поклясться чем угодно!

Что же получается: незаметно снял, дотронулся, молниеносно надел и сбежал? При этом снайперски точно попал в цель — тонкую полоску обнажённой кожи между меховой опушкой рукава и краем перчатки.

Будто пометил.

Мысль была нелепой, но настойчивой. Я даже взглянула на руку — проверить, нет ли следа. И решительно двинулась в противоположную сторону.

Почти сразу возникло чувство, что человек в чёрном идёт следом. Не слышно было ни шагов, ни — как он сказал? — голосов воздуха. Просто спину вдруг свело от напряжения и не отпускало, а затылок налился тяжестью. Страха я не чувствовала, но отчаянно хотелось оглянуться.

Еле дотерпела до перекрёстка.

Нырнула за угол очередной каменной громады сьера Пиньона, давшего своё имя целой улице, и затаилась, как кошка у мышиной норки. Даже набрала в грудь воздуха, готовясь бросить в лицо преследователю: «Вы за мной следите?» Он должен поторопиться, чтобы не потерять меня из виду. Вот сейчас…

Секунды шли, стучало сердце, но мышка не спешила в западню. А может, никакой мышки не было и мне всё пригрезилось?

Я выждала, наверное, с минуту, потом очень осторожно выглянула из-за угла.

Он стоял в конце улицы и смотрел прямо на меня. Бесконечно далеко — и как будто рядом. Мне даже удалось уловить выражение его взгляда, пристальное и строгое, что на таком расстоянии было, конечно, невозможно.

В панике я юркнула обратно за угол. Закрыла глаза, борясь с желанием прижаться спиной к грязной известняковой стене. Глупо, глупо, тысячу раз глупо! Осрамилась, будто влюблённая школьница.

Скорее прочь, бежать. И больше не оглядываться. Захочет, догонит. А нет — значит, он упустил свой шанс.

Или я — свой… Могла бы хоть спросить, как его зовут. Просто на память. Мы ведь больше не встретимся. Никогда-никогда. Да и не к чему. Зачем мне этот бестактный, высокомерный и высокорослый тип с южным загаром, обутый в шнурованные сапоги, какие носят аэронавты и водители старых паровых самоходок!

Из каких краёв он явился?

Но хорош собой, ах как хорош! И щетина его не портит, притом что я терпеть не могу небритых мужчин.