Проклятье Полоза

«Да-да, мой дорогой, добро пожаловать в тупик из собственных правил», — она наслаждалась его страданиями, прекрасно понимая, что выбора у мальчишки просто нет. Ну не предаст же он свои идеалы!

— И как у демонов заключается помолвка? — спустя пару минут выдавил из себя Филипп. — Кому и как я должен сделать официальное предложение?

— Ну… — удовлетворённо начала Касайрис, — по традиции нам стоило бы организовать приём, но… — она вновь притворно осеклась и потупила смущенно взгляд: — Но, боюсь, это лишь навредит твоей репутации.

В нашем непростом случае правильнее было бы заключить тайную помолвку.

Филипп, кажется, стал ещё бледнее. Его мысли выдавали его с головой. Он прекрасно понимал, что Касайрис припёрла его к стенке.

— Так что для этого требуется? — Голос Филиппа слегка дрогнул, выдавая беспокойство.

— Совсем немного. Написать клятву в семейной книге и обменяться кольцами…

Филипп ещё сильнее загрустил. К своему изумлению Касайрис ощутила исходящее от него чувство глубокого презрения к самому себе, потому поспешила добавить:

— Вот только кольца у нас принимаются самодельные.

Подойдут любые, из дерева, свинца или меди…

Лицо Филиппа озарилось догадкой: он уже мысленно состригал пуговицы со своего старого камзола. Касайрис же с трудом удержалась, чтобы не закатить глаза к потолку. Вот чего-чего, а грубых украшений, состряпанных в собственном камине, она носить не собиралась. Впрочем, насчёт кольца у неё родился отличный план. В её саду росло старое агаровое дерево, которое кланы оборотней считала деревом страсти.

Достаточно было пары капель смолы, чтобы мужчина перестал себя контролировать. Касайрис улыбнулась своим коварным мыслям. Эта игра в тайную помолвку, несомненно, обещала привести её к успеху.

Едва Филипп сумел сделать кольцо, Касайрис, не теряя ни секунды, отправила его одеваться к церемонии. Сама она облачилась в просто невероятно соблазнительное платье. Серебряное, как и полагается невесте, из светящихся полупрозрачных демонических тканей.

Оно так плотно облегало фигуру, что был виден каждый изгиб и выпуклость. Лицо Касайрис прикрыла вуалью, чтобы у её замкнутого чопорного кавалера оставалось место для полёта фантазии. Как знать, может, не видя её лица, он сможет представить себе настоящую помолвку. Для Филиппа она выбрала довольно простой костюм: синий камзол с белой рубашкой, вышитой серебряными нитями, и узкие бриджи, идеально подчеркивающие его мускулистые ноги.