Проклятье Полоза

Впервые капризный нрав невесты оказался полезен. Она дулась на него всю следующую неделю, и, возможно, продолжала бы делать это и дальше, если бы король не объявил о предстоящем бале. Ежегодно в первый день осени во Дворце Совета организовывали Большой бал, и Бродерин решил, что его средняя дочь достойна попасть на него. Зарина была на седьмом небе от счастья, а Этьен почувствовал тревогу, и не напрасно. После ужина король позвал его в свой кабинет.

Этьен уже заметил, что Бродерин не сильно жаловал собственный тронный зал, и тот по большей мере пустовал, а для всех совещаний и встреч использовался просторный зал на втором этаже.

Главными достоинствами этого кабинета были круглый стол и уютные уголки с креслами. Бродерин ожидал Этьена как раз в одном из таких уголков. Мягкие кресла, поставленные друг против друга, разделённые небольшим деревянным столиком, хорошо годились для интимного чаепития или приятной беседы. Однако Этьен отлично понимал, что король позвал его не для задушевного общения.

— Думаю, вы догадываетесь о предмете нашего сегодняшнего разговора, — мягко начал Бродерин и внимательно посмотрел на собеседника.

Этьен неохотно кивнул, и король продолжил:

— Должен признать, ваша работа произвела на меня сильное впечатление. Вам удалось почти невозможное: воодушевить наших моряков, гордость нашей страны, а это дорогого стоит! Не скрою и того, что сотрудничество с Шак-ли принесло большую выгоду, но… — он сделал небольшую паузу и послал ещё один выразительный взгляд.

— Вы прибыли на Линк не только как посол и помощник, верно?

— Что-то заставило Вас усомниться в моих намерениях, Ваше Величество? — разыгрывая полное недоумение, спросил Этьен. Ему оставалось только надеяться, что фальшь в его голосе не будет слишком заметна.

Взгляд Бродерина стал озадаченным.

— Не буду лукавить, действительно заставило, — заметил он. — Мы приняли вас в этом дворце как жениха принцессы Зарины, но мне показалось, вас не очень заинтересовала моя дочь.

Этьен почувствовал, что в горле у него пересохло.

Нет ничего хуже в жизни, чем самому себе озвучивать приговор! Но если сейчас он скажет что-то не то, Император лично порвёт его на части, наплевав на все законы.

— Почему Ваше Величество так решили? — хрипло поинтересовался Этьен. По спине прошёл неприятный холодок осознания, что никуда он отсюда не сбежит: его закроют в этой унылой клетке, и ему до конца своих дней придётся разыгрывать милого домашнего эльфа.