Давай сыграем в любовь

– Как вам будет угодно, – по тому, как графиня ответила, Амалия поняла, что эту битву она выиграла, что, впрочем, не означало благоприятный исход всей войны.

– Благодарю, а сейчас, простите, мне необходимо переодеться.

Она прошла в будуар, с деланным спокойствием закрыла за собой дверь и лишь потом дала выход тому напряжению, которое охватывало её.

Кружа по комнате, словно зверь в клетке, Амалия пыталась упорядочить события дня. Получалось плохо.

Насмешливый взгляд Рудольфа постоянно вставал перед глазами.

Девушка уже не знала, что злит ее больше: то, что напился, что он пытался поцеловать ее, или то, что сразу же пренебрег ей. Баронесса дала понять, что в прежней жизни у него было много женщин…

С отчаянием Амалия взглянула на себя в зеркало. Да, она не могла похвастать исключительной красотой, но все говорили, что она была достаточно мила, хотя излишне худа, скулы были слишком резко очерчены, но большие серые глаза светились живостью, а еще у нее были пышные темные волосы, длинные ресницы и правильной формы нос… Она вдруг поняла, что рассматривает себя, желая понравиться императору.

От этой мысли ее передернуло, и девушка поспешила отойти от туалетного столика.

Чуть позже графиня лично занесла ей стопку приглашений. Уже абсолютно спокойная, Амалия вежливо поблагодарила ее и, вооружившись альманахом, так любезно предоставленным баронессой Фриш, начала подписывать приглашения.

Она провела так несколько часов, затем, запечатав послания при помощи магической печати, защищавшей письма в том числе от кражи, отдала их неторопливо подошедшему лакею, наказав незамедлительно разослать.

После ухода слуги Амалия прошлась по комнате, опустилась в одно из кресел, стоявших у потухшего камина, и закрыла лицо руками. Она не плакала, лишь сидела молча, понимая, что полностью опустошена. С момента, как она ступила на булыжные мостовые столицы, события развивались слишком стремительно, и Амалия, очутившись одна в чужой стране, просто не представляла, что ей следует сделать.

Она судорожно вздохнула.

– Ну, ну, госпожа, будет вам, – Герда неуклюже погладила её по голове. Девушка вздохнула и отняла руки от лица:

– Ты и правда думаешь, что все наладится?

– Откуда мне знать? – служанка пожала плечами. – В любом случае, императрицей быть гораздо почетнее, чем женой младшего графского сына, – она с улыбкой посмотрела на свою смутившуюся от таких откровений хозяйку, – все знали, что вы по утрам верхом ездите, чтобы с ним встретиться.