Давай сыграем в любовь

– Этой змее все неймется! Не может простить, что Леопольд пренебрег её дочуркой! – воскликнул, не сдержавшись, Фриш. Император кивнул:

– Да, тогда еле удалось замять скандал… И, Эдмунд, прошу, говори тише, мы не на плацу…

– О, да, конечно, Ваше величество, – с едва заметной издевкой протянул тот.

– Вы говорите о … – тем временем насторожилась девушка. Мужчины переглянулись.

– Вы все равно наверняка слышали об этом. Кронпринца Леопольда обнаружили наедине с дочерью графини Ольшански, – пояснил барон.

– Полагаю, девица была подослана своей матерью, – хмыкнул Рудольф, вновь кривясь, точно у него болел зуб, или же голова. – Сама графиня попыталась учинить скандал, но дядя Франц смог все сгладить. Девицу обеспечили хорошим приданым за счет казны и выдали замуж за одного из графов Северного королевства, а самого Леопольда решили срочно женить.

– И после этого вы все равно приняли ее на должность статс-дамы и приставили ко мне! – не сдержавшись упрекнула его Амалия.

– Я не принимал, – отозвался император, снова потирая лоб в безуспешной попытке притупить головную боль.

– Простите? – Амалия недоумевающе посмотрела на мужчин. – Ваше в… величество, вы сами дали мне понять, что ваши приказы не обсуждаются…

– Какие приказы? – Рудольф ответил ей таким же непонимающим взглядом.

– Сопровождать меня… графиня сказала мне, что это – ваше распоряжение.

– Мое? Разве? – император с силой провел рукой по лбу, – Чертова голова! Просто раскалывается! Эдмунд, я отдавал такой приказ?

– А ты не помнишь? – ухмыльнулся тот.

– Нет.

Адъютант несколько секунд искренне наслаждался замешательством, а потом сжалился:

– Не отдавал, старая каракатица просила об аудиенции, на которой сказала, что контесса Амалия слезно умоляла ее не оставлять одну. Ты сначала хотел отказать, но потом решил не спорить с невестой, поскольку у вас и так хватало разногласий.

– Вот лгунья! Не могу поверить, что она так легко провела всех! – воскликнула девушка.

– Не могли бы вы говорить чуть тише? – вдруг попросил он, – Голова просто раскалывается.

– И поделом тебе! – адъютант, явно веселясь, повернулся к Амалии и доверительно сообщил, – Вы представляете, он вчера один весь вечер пил коньяк в тронном зале!

– Это возмутительно, – девушка не сводила пристального взгляда с императора, – вашему поведению вчера нет никакого оправдания.