Давай сыграем в любовь

Приказав подать перо и чернила, девушка написала своему жениху, что, к сожалению, правила приличия и отсутствие фрейлин не позволяют ей принять его приглашение, после чего, вооружившись Готским Альманахом и присланными ей визитными карточками, написала имена кандидаток на должности фрейлин, затем вычеркнула фамилии, имевшие непосредственное отношение к списку, столь любезно предоставленному Рудольфом.

После этого не замаранными осталось всего десять фамилий. В трех из перечисленных родов были лишь сыновья, еще в четырех – дочери уже вышли замуж.

Оставались еще трое. Амалия переписала их на чистый лист. Поколебалась, затем добавила имя Мари, после чего отослала список Рудольфу с припиской, что хотела бы принять этих девушек на должности фрейлин. Ответа не последовало. Наверняка, император разозлился на невесту.

Амалия с трепетом ожидала, что, в нарушение всех приличий, он прикажет подать ужин в её покоях, но время шло, а Рудольфа все не было. Девушка бесцельно бродила из угла в угол, то и дело зачем– то выглядывая в окно и нервно теребя кружево платья.

Часы, стоявшие на мраморной каминной полке, пробили семь, потом половину восьмого, потом восемь, но ничего не происходило.

Наконец послышались шаги. Сердце учащенно забилось, дверь скрипнула, и в комнату вошел лакей, неся огромный поднос. Между тарелками виднелась записка. Император в изысканных выражениях сожалел, что приличия не позволяют его невесте присоединиться к нему за ужином, и выражал надежду, что вопрос будет решен в ближайшее время.

Судя по тону письма, Рудольф явно смеялся, прекрасно поняв истинную причину ее отказа.

Стемнело, и Герда зажгла свечи. Золотистый огонь разогнал сумерки по углам уродливыми тенями. От нечего делать Амалия взяла учебник, присланный ей императором, и погрузилась в чтение.

На этот раз все давалось гораздо легче, и если бы она была более внимательна, то наверняка запомнила бы гораздо больше, чем пара простых заклинаний. Во всяком случае, свечи теперь зажигались и гасли по щелчку пальцев.

Довольная хотя бы этим, Амалия, взглянула на часы, спохватилась, что время близится к полуночи, и легла спать.

Сон все не шел. Она ворочалась с боку на бок, пытаясь устроиться удобнее на огромной кровати с пышным балдахином, но подушка была то жестковата, то слишком мягкой, матрас шуршал, а одеяло давило своей тяжестью.

Тот, что произошло в библиотеке взбудоражило девушку даже больше, чем она могла себе представить.