Наваждение. Книга 1

Она была чем-то недовольна.

— Иди ко мне… — он снова нежно взял ее за руку и улыбнулся, глядя в ее бездонные, как море, голубые глаза. — Ты сегодня безумно красива. Иди ко мне… Ну же…

— Позже… — она вдруг стала совсем отстраненной.

— Что тебя тревожит? — участливо спросил Генрих, поцеловав ее руку.

— Я слышала, ты вчера дрался на дуэли?

— А я об этом уже забыл. Недоразумение, а не дуэль, — Генрих усмехнулся, вспомнив забавное приключение. — Неужели испугалась, что меня могли убить? Как приятно, что ты переживаешь за меня.

Не ожидал. Очень мило с твоей стороны, — он снова поцеловал ей руку.

— Мне не нравится причина дуэли. Только об этом и разговоров в свете, — в ее тоне начало появляться недовольство, которое она пока еще сдерживала. — Судачит даже прислуга. Вызов на дуэль на улице, на глазах простолюдинов! Отвратительно и пошло!

Генрих вздохнул, в очередной раз вспоминая нелепую ситуацию:

— Молодой человек решил, что я домогаюсь его подруги детства. Страшно ревнует. Похож на глупого щенка-подростка — много тявкает и мечется без толку.

Фехтует отвратительно…

— Я сказала, мне не нравится причина дуэли, — уже с раздражением повторила Полина и со злостью вырвала руку, которую все еще держал Генрих. — Эта ваша гувернанточка. Как ты мог опуститься до того, чтобы драться за прислугу?

— Она не прислуга. Мадемуазель Несвицкая из древнего, но обедневшего дворянского рода. Вынуждена работать. Тебе этого, к счастью, не понять, — раздражение Полины вызывало у него удивление.

— Даже я знаю, что нельзя участвовать в дуэли из-за женщины с сомнительной репутацией.

Это пятно на чести дворянина, — не унималась Полина. — Все будут смеяться мне в лицо!

Генрих ушам своим не поверил:

— Кто бы говорил! Я дважды дрался из-за тебя на дуэли, а уж твоя более чем сомнительная репутация известна всем.

— Не сравнивай меня с ней! — зло и с ненавистью воскликнула графиня, изменившись в лице.

— Я не сравниваю. Вспомни, до твоего удачного замужества ты была всего лишь певичкой провинциального театра, даже не примой.

Дочь мелкого чиновника. Если бы не вышла замуж за графа Рокотова, так и осталась бы простолюдинкой. Он как-то удачно скоропостижно умер, помнится... — слова Генриха вызвали очередной приступ ярости у его любовницы.

— Как ты смеешь говорить об этом!

— Просто тебе не стоит забывать о твоем происхождении... — Генрих продолжал недоумевать. Что так злит Полину?

— Мое происхождение осталось в прошлом. Я графиня Рокотова! — гордо сверкнула глазами Полина.