Право волка

Темный князь выделялся инородным пятном среди всех: идеально выглаженная рубашка, без единого залома, серые зауженные брюки и чистая обувь, без следов грязи и крови. — Потрепало-то вас как, — обратился ко всем. — Волчица, не забудь о нашем разговоре. — Вела кивнула, помогая Ару подняться на ноги.

Проводив взглядом мерцающих Светлых, Александр отсалютовал приближающемуся неровной походкой Лео и растворился в воздухе.

— Раненых в дом, — скомандовал Альфа, придерживая парня, готового в любой момент свалиться.

— С легкими травмами оставляем здесь и справляемся своими силами. Тяжелых заберет Константин. Вампиров сжечь, — пнул носком ботинка голову Оркида в сторону тела. — И изгнанного сожгите.

— Я обещал Лиле вернуться к семи. — Ар стиснул с силой зубы, превозмогая боль. — Помоги дойти до душа, — обратился к сестре.

Эпилог

— Ма-а-ам! — С трудом сдерживая раздражение, Лиля поправила вырез платья.

— Что мама?! — возмутилась женщина в ответ. — Ребенку нет еще и четырех месяцев, а вы устроили какие-то сомнительные гулянья.

Хочешь, чтобы его кто-то заразил? Ты почему не записала его в детский сад? А прививки?! Сколько раз я тебе говорила, сейчас не средневековье, чтобы умирать от дифтерии!

— Мамуль, у нас прекрасный семейный врач. И ты лучше меня должна знать, что Нику противопоказаны прививки, — решила остановить поток слов неугомонной родительницы.

— Да?! Да, точно, — удивилась женщина своей забывчивости, но сразу же обрела уверенность. — А что за имя дурацкое — Никитас?! Это же ужас.

Никитас Арсеньевич.

Девушка рассмеялась и про себя поправила: «Арнарович», — и рассмеялась еще громче.

— Мам, сына назвали в честь прадеда Арсения. — Присев на край кровати, скользнула в золотистые туфли на шпильке.

— А почему не в честь нашего прадеда?!

— Боже, — застонала в голос. — Горазд Арсеньевич, по-твоему, звучит лучше?

— Гораздо, — скаламбурила мама и смутилась. — И зачем такие каблучищи? Ты же никогда не носила.

Лиля готова была зарыдать в голос. После преждевременного появления на свет внука, мать не давала вздохнуть полной грудью.

Пыталась контролировать каждый ее шаг, каждое действие, изводя миллионами советов и вопросов.

— Мамуль, ты видела моего мужа? Я же где-то в районе подмышки у него болтаюсь, хочу смотреть ему в глаза, а не на пуговицы рубашки.

Тут женщина согласно крякнула и возражений не нашла.

— Я все равно против сборища. Это опасно для малыша.

— Во-первых, праздник уже подходит к концу.