Усадьба "Медвежий Ручей"

Зина, пусть она эту свою бабушку совсем не знала, ощутила, как сердце её пропустило удар.

– Она – утонула?

– Да нет, не похоже на то. – Антип, не оборачиваясь, помотал головой. – Когда бабушка ваша не пришла к ужину, хозяин наш, Николай Павлович, послал лакея с горничной на пруд. И там, в купальне, где Варвара Михайловна обычно переодевалась, её одежды не обнаружилось. Да и вообще, не нашлось признаков, что в купальню вчера вечером кто-то заходил. Накануне у нас тоже прошёл дождь, а дверка купальни слегка скребет по земле при открывании.

Так вот, когда Любаша и лакей Фёдор к купальне пришли, то следов от дверки на мокрой земле они не увидели.

– То есть, на пруд бабушка моя не приходила вовсе?

– Я чаю, так. Барин, Николай Павлович, поднял людей, и они до самой темноты обшаривали всё в усадьбе. А утром, едва рассвело, принялись искать по новой. Но всё – без толку. Словно сквозь землю ваша бабушка провалилась. Когда барин меня за вами посылал, люди всё ещё Варвару Михайловну искали. Но я знаю, – он понизил голос, как если бы на пустынной дороге кто-то мог их услышать, – что утром барин отправил нарочного в уездный город – в полицейское управление.

Так что... – Фразу Антип не закончил, однако Зина и без того уловила ход его мыслей, ничего больше спрашивать не стала.

И дальше они ехали в полном молчании.

Зина задумалась так глубоко, что заметила изменение пейзажа вокруг только тогда, когда просёлочная дорога, по которой они катили, сделалась более гладкой – ландолет перестало встряхивать на ухабах.

Тут только дочка священника огляделась по сторонам и увидела: они катят уже не мимо засеянных полей, а вдоль чугунной усадебной ограды, сажени в полторы высотой. И впереди уже виднелись две белые башенки: будки для привратников, располагавшиеся справа и слева от въездных ворот. Они составляли то немногое, что Зина ясно помнила после единственного своего приезда в Медвежий Ручей – состоявшегося четырнадцать лет назад. Как помнила она и то, что железные дверцы на обеих будочках запирали большие висячие замки: никаких привратников в усадьбе не держали давным-давно.

– Ну, вот, барышня, – с деланной веселостью проговорил Антип, – мы почти что добрались.

Он свернул к воротам с распахнутыми створками, и ландолет проехал мимо двух башенок, штукатурка на которых местами облупилась так, что взгляду открывалась краснокирпичная кладка под ней. Да и на запертых железных дверках из-под зелёной краски виднелись рыжие пятна ржавчины.