Закогтить феникса

Я легко соскальзываю в состояние медитации, вглядываюсь в себя…

Одного взглядя хватает, чтобы прийти в ужас.

Что за?!

Концентрация теряется. Я сижу и хлопаю глазами, как пойманная рыба жабрами.

Может, я что-то неправильно увидела? Я вновь заглядываю в себя — наивная надежда. Мои духовные структуры повреждены, перекручены и искорёжены. В мередианах жалкие крохи ци. Про немедленное возвращение домой можно забыть. В нынешнем состоянии я даже разделиться с приютившим мою душу сосудом не смогу. Собственно, тело, каким бы бесполезным оно ни было, сейчас меня защищает и даёт шанс на восстановление.

Чем больше я смотрю, тем меньше мне нравится то, что я вижу. И сейчас я уже не про сами повреждения говорю Они, к счастью, не фатальные. Зато характерные. Ошибиться невозможно — меня приложило “Расколом души”, но приложило вскользь, удар прошёл по касательной, иначе бы меня развеяло. Это, кстати, объясняет, почему я не помню ни саму атаку, ни что ей предшествовало — последстве удара.

“Раскол души” — секретная боевая техника клана Фениксов.

Куры недощипанные!

Фениксы всегда предпочитали держаться от Девятихвостых лис подальше, всем нутром чуяли, что они для нас лакомый деликатес. Кроме одного ненормального, он — додумался! — заявил, что любит меня даже хвостатую и однажды добьётся взаимности, а я почему-то терпела… И спиной поворачивалась, забывая о том, что бывает и наоборот, бывает, что фениксы рвут когтями глупых лисиц.

Он раз за разом предлагал стать настоящей парой.

Я раз за разом фыркала и отказывалась.

Только он мог нанести тот удар…

Вглядываясь в густое облачное марево, укрывающее пики хребтов, я размышляю о ближайшем и далёком будущем.

Про возвращение в родное тело придётся забыть. Временно, разумеется. Первый шаг — восстановить духовные структуры. Проще говоря, мне нужны клановые целители. Однако ни позвать их, ни передать им весточку я не смогу. Из доставшихся мне воспоминаний девушки Сян я выудила весьма удручающие сведения — поселившуюся под небесами горстку смертных снабжает храм Семи ветров, и снабжает откровенно скупо.

Дважды в год, весной и осенью, монахи спускаются к подножию приютившей их горы, где их дожидаются телеги, гружёные преимущественно мешками с рисом, привоязт немного овощей, семян и горькой коры, которую монахи заваривают вместо чая. Тогда же старый отшельник передаёт письмо для господина Сян. Сейчас поздняя весна, поставка была недавно. Ждать середины осени?

Р-р-р.