Встреча Мандаринок

Убедившись, что пациент встал на путь выздоровления, Вэнь Цин едва ли не силой отправила побратимов спать. Всех, кроме близнецов Яо: им предстояло сообщить отцу, что Цзинь Цзысюань будет жить.

Цзинь Гуанъяо негромко постучал в двери комнат, отведённых главе Цзинь. Он не сомневался, что отец не спит, поэтому ничуть не удивился, услышав сухое «Входите». Оба брата вошли и глубоко поклонились. На их усталых лицах проступили улыбки.

— Опасность миновала, отец, — сказал Гуанъяо.

— Ваш старший сын полностью восстановится через несколько дней, — добавил Цзыяо.

Глава Цзинь придирчиво рассматривал их. Что они на самом деле испытывают к его дорогому А-Сюаню? Действительно ли так дружны с ним? Или весь этот спектакль с отравлением — их рук дело? Нет, бессмысленно: они не имеют права наследовать ему… Или теперь — имеют? Побратимы… Будто его крови им не достаточно!

Для клана Цзинь бастарды были делом обычным. Цзинь Гуаншань обошёлся с их матерью очень хорошо, с его собственной точки зрения: дал вдоволь денег, чтобы она могла переехать в Ланьлин и даже там ни в чём себе не отказывать; даже взял в обучение одного из двойняшек! Верх милости с его стороны.

Кто мог подумать, что мальчишки так крепко держались друг за друга, да ещё и совершенно очаровали его собственного сына, чтобы, пользуясь своим сходством, проникать в Золотую башню вдвоём! И потом они опять его переиграли, загнали в угол, заставив признать и второго Мэн Яо его сыном — вот ведь, нашёлся «герой войны»… Глава Цзинь не любил близнецов и не доверял им, справедливо полагая, что «ненужный» Мэн Яо всё ещё хранит в своём сердце обиду на него.

— Отец… — прервал молчание младший, Цзыяо. — Прошу вас, поверьте, с наследником Цзысюанем всё будет хорошо.

Глава Цзинь тепло улыбнулся и прикрыл глаза, пряча все мысли глубоко внутри.

— Спасибо вам за добрые вести, мои мальчики. Но окончательно отцовское сердце оттает лишь после того, как этот старик сможет поговорить со своим несчастным сыном.

В этот момент из-за бесшумно отъехавшей перегородки появилась женская фигура.

Госпожа Цзинь вопросительно посмотрела на близнецов.

— Сейчас ваш сын спит, — поклонившись госпоже, сказал Гуанъяо. — Но я уверен, что завтра вы сможете навестить его и убедиться лично.

Глава Цзинь чуть шевельнул пальцами — жест, который юноши знали прекрасно. Они снова поклонились и тут же покинули комнату. В коридоре Цзыяо вытер со лба невидимую испарину, но ничего не сказал. Гуанъяо ему кивнул понимающе.