Муаррат

К чему эти секреты?

- Храни тайну от врага, другу не показывай, - казалось, Муаррат кого-то цитирует, - а любимый не должен о ней знать вообще.

- Очаровательная мудрость, - Вера покачала головой. – Так всё же, если Саша прав, то как это связано? Что есть у нас и отсутствует у Ивана?

- Когда Дракон кусает, он не только отмечает, годится ли человек в Наездники, - Муаррат вновь тараторила, а якут только матюгнулся и махнул рукой, - он подгоняет избранника под определённые рамки. Тот должен читать мысли дракона и передавать ему свои.

Опытный Наездник почти равен Колдуну и обладает возможностями, недоступными обычным людям. И это позволяет мне установить связь с его разумом. С вашими разумами. А когда связь установлена, я могу изменять жизнь. Изменять вас, чтобы вы могли понять меня.

- Круто, - сказала Вера, но по кислому выражению её лица читалось нечто, совсем противоположное. – А спросить у нас, как мы к такому отнесёмся, тебе воспитание не позволило? Впрочем, о чём это я? Дочь повелителя колдунов спрашивает разрешения у какой-то простолюдинки!

- Я же сказала: никакие вы не простолюды! – Муаррат вскочила на ноги и взвизгнула.

Её красивое лицо покрывали багровые пятна. – Почему меня никто никогда не слушает? И дело совсем не в моём дурном воспитании! Если бы вы знали заранее, что происходит, у меня бы просто не получилось.

Степлер, окончательно напуганный непонятными событиями, бросился прочь и сделал попытку забодать дверь. Стукнуло, дверь приоткрылась и кот рванул наружу.

Кажется, на это обратил внимание только я. Иван с открытым ртом смотрел на взбешённую Муаррат. Думаю, замешательство его было много сильнее моего, ибо якут вообще не понимал, что происходит.

Вера, напротив, успокоилась, как это с ней всегда бывало в критических обстоятельствах. Сестра неторопливо налила воды в стакан и протянула пыхтящей Муаррат. Думаю, температура взгляда у девушки была достаточной, чтобы взор мог вскипятить жидкость в стакане. Даже странно, что этого не произошло.

Однако, Муаррат всё же взяла стакан и принялась жадно пить.

А я смотрел на Муаррат и думал, насколько же эта избалованная девица отличается от моей Маши. Маши, всегда готовой пойти на компромисс, ради сохранения мира в семье, всегда отыскивающей пути к примирению. Жена не позволяла унижать себя, но и никогда не пыталась унизить кого-то другого. К сожалению, я слишком поздно понял и оценил того, кто жил со мной рядом. 

- Успокоилась? – осведомилась Вера.