Та, что превращает время в пыль

Скорее, видимость, нежели настоящая инициация, кроме того момента, когда на ладони Аделии вырезали метку глаза и вливали в раны черную жидкость, странно поблескивающую в свете свечей. По заверениям Дочерей Лилит, только закрыв глаза ладонью, через этот призрачный третий глаз, Аделия могла увидеть истинное обличье той, кому принесла свою клятву. Лилит.

На страницах дневника мисс Руэ взахлеб рассказывала о том, как изменилась ее жизнь после посвящения. Казалось, Лилит видела своих Дочерей насквозь, знала, чего те желали.

И могла дать им желаемое. Так, судя по всему, произошло и с Аделией – ее любимый, скрывающийся под инициалами Г. Н., не устоял перед ее чарами. Вот откуда то колье – неуместное и слишком дорогое для обычной девушки. И что-то подсказывало мне, что таинственная Лилит сыграла в любовных метаморфозах Аделии не последнюю роль.

Судя по датам в дневнике, Аделия пробыла Дочерью Лилит совсем недолго – не больше двух месяцев. Но о том, что ей самой приходилось делать для Лилит, она не писала – то ли стесняясь этого, то ли боялась, что кто-то однажды сможет узнать ее тайну.

Последняя запись меня заинтриговала.

«Я устала. Я запуталась. Я хочу уйти. Хочу вернуться к своей прошлой жизни – до того, как впервые повстречала одну из Дочерей Лилит. Хочу забыть это как кошмарный сон, и проснуться тогда, когда моя жизнь была, пусть и не самой легкой, но… моей».

И больше ничего. Аделия совсем забросила дневник – за две недели до собственной смерти в нем не появилось ни строчки. Вернув дневник на место, я взглянул на распростертое на полу тело.

Лилит – кем бы она ни была, ей не помогла.

Желание разделить с кем-то свои вопросы и сомнения жгла меня изнутри. И только лишь этим я мог объяснить слова, сорвавшиеся с моих губ, когда по возвращению в «Лавандовый приют» я обнаружил там Розали. Призрачная девушка сидела в моей гостиной, подогнув ноги под себя, и читала одну из моих книг.

После моего признания Розали держалась несколько отстранено, и это ранило, но осуждать ее права я не имел.

И все же она заметила беспокойство на моем лице и спросила, все ли в порядке. Меня тронуло это: несмотря ни на что, Розали не оставалась равнодушной. Оглянувшись по сторонам и удостоверившись, что супругов Эйзерваль поблизости нет (Розали они не видели, а потому решили бы, что я говорю или сам с собой или с диваном), я рассказал призрачной гостье, что расследую убийства двух девушек.

– Лилит… подожди, ты говоришь о дочери дьявола? – воскликнула Розали.