Дары Пустоты

На его удачу в последнем холле оказалась женщина в длинной рясе, которая крутилась около огромного каменного подоконника, залитого ярким светом. Она натирала его тряпкой и, то и дело макала последнюю в ведро с водой. Подоконник был крайне низким и очевидно использовался ещё и как лавка. С потолка спускался зелёный плющ и с присущей ему алчностью захватывал жилище человека.

Микела не двигался, надеясь что служанка сама его заметит и ему не придётся ничего делать. Так и случилось. Женщина, закончив с окном, хотела перейти к следующему, но заметив его, схватила ведро и умчалась вдоль по коридору и прочь с глаз.

— Стой, — вырвался тихий свист из горла. Микела тоже хотел ускорится, но уже после первой оконной арки, запыхался и перешёл на медленный шаг.

Доковыляв до конца коридора, он вышел как ему казалось на свет, но то был холл, массивный и просторный, подобный таким, в которых ощущаешь себя муравьём. Высоченные своды величественно восседали на мощных колоннах шириной с тысячелетний дуб. Пока Микела созерцал всё это великолепие, другие женщины спешно покидали завораживающее помещение.

Их шаги тихим гулом отскакивали от стен, но ему уже было не до них. Он даже про усталость забыл. Этот грандиозный холл пробудил в нём воспоминания, и теперь их облик расходился слабыми кругами по ровной глади его памяти.

Он вспомнил академию, которая тоже находилась в древнем храме Тёмных на юге Империи, своих друзей с кем он спешил на занятия мимо подобных колонн. Звуки их шагов растворялись в огромном пространстве точно также как его сейчас.

Микела посильнее сжал челюсти, сдавливая горечь тех лет.

И всё же это был другой храм. В этом на широком постаменте возвышалась статуя человека в длинной мантии и глубоком капюшоне, скрывающем лицо. Из правой руки статуи исходили узорчатые линии, напоминающие тьму Пустоты, когда она вырывается в этот мир. В центре распахнутой левой ладони был вылеплен выпуклый глаз, который таращился на холл и всех мимо проходящих людей. Это был явно изображён Тёмный, но почему глаз? Микела так и стоял около статуи, пытаясь поднять облик из глубин памяти.

— Господин Микела! — послышалось где-то за спиной, — Здравствуйте.

Наличие его имени среди трех слов заставил его чуть повернуть голову. Хмурое выражение Микелы никак не смущало юную незнакомку, которая глядела на него во все глаза, скрывая за ними страх и любопытство. Белые как снег волосы рассыпались по тонким плечам и спине. Она миловидно улыбнулась и сделала маленький шаг вперёд.