Дары Пустоты

Надо было отдать должное Кельнану, который всячески старался не заострять внимание на новеньком и продолжать разговор на иные темы. Микела молчал и мысленно благодарил его хотя бы за попытку.

— Новый надзиратель? — грянул Юсуф безразличным громким голосом.

— Да, перевели к нам. Не обессудь, но мне ещё всё показывать ему, — протараторил Кельнан и начал потихоньку двигаться.

— Карцер, Кельнан. Трое там. — Инквизитор тоже начал уходить прочь с глаз.

— Что опять?

— Работаем. — Нотка негодование заиграла в спокойном голосе Юсуфа.

— Может и почистите тогда! — Кельнан отмахнулся и зашагал ещё быстрее.

— А ты сам чистишь? — крикнул Юсуф через плечо. Крошечная из усмешек была слышна в его голосе.

— Приходи, в карты перекинемся! — заорал Кельнан, когда инквизитор уже начал скрываться в темноте неосвещённых углов.

Капитан надзирателей остановился около первой ступени узкой каменной лестницы.

— Сейчас обход. Ты пока просто смотри, — по-деловому произнёс он, но потом замер, обличая мысль в слова.

Микела с подозрением глянул на него, но всё же кивнул. Складывалось впечатление, что капитан хочет посвятить его во что-то не совсем правильное. Причины такого доверя были ему неясны. Несмотря на злобу Джасуры и связь с инквизицией, Кельнан решил довериться ему как одному из своих.

На втором уровне тюрьмы было мало заключённых и они шустро маршировали мимо пустых изоляторов, пока не остановились около столба с надписью Д9.

— Здорова Куша, — приветливо сказал Кельнан и брякнул наручами по решёткам.

— О, командир припёрся, — послышалось из-за прутьев.

— Тише ты, ругаться сразу, — рявкнул капитан. — Я не один.

— Да ну.

Из-за прутьев показалось лицо и если бы не его бледность, можно было бы удивиться, что вообще этот мужчина здесь делает. Он был в меру упитан, неплохо одет и глядел на них оценивающий взглядом. За его спиной виднелся старенький стул, неплохая кровать и даже пару небольших картин на стене.

— Новичок, — прохрипел Куша и еле заметно ухмыльнулся, глядя в юное лицо Микелы.

— Куша наш особый узник, таких немного, — тихо сказал Кельнан и пошёл дальше. — Идём.

Они начали спускаться по ржавой скользкой лестнице. Здесь сырой гнилостный запах казался ещё насыщеннее.

— С такими удобствами наказание покажется не таким уж суровым, — сказал Микела, прикрывая нос рукавом.

— А должно быть? — усмехнулся Кельнан, прыгнул через оставшиеся три ступени. — Погоди мы ещё до челяди не дошли.