Дары Пустоты

Император в белой парадной одежде с тёмными волосами, зачёсанными на один бок, и тонкими густыми бровями, грозно нависающими над его немного вытянутым лицом, внушал какой-то благоговейный трепет, но та нежность с какой он смотрел на супругу выдавала в нём человека.

Императрица и цесаревич поклонились. Государь ничего не сказал сыну и даже не посмотрел на него; лишь предложил ладонь жене, которая, улыбнувшись окружению, обвила свою руку вокруг его.

Вскоре через помпезные главные ворота, распахнутые настежь, вышла Имперская чета с Лукьяном по правую сторону, свита последовала за ними, разошлась по бокам и присоединилась к остальным гостям.

Светлые по трое встали с трёх сторон от Его Величества, распахнув белоснежные крылья — подарок Пустоты.

Император вышел вперёд с высоко поднятой правой рукой и шептания гостей прекратились сразу же. Он постоял так недолго обратив внимание всех и каждого на себя. Ему нравилось томить людей ожиданием.

— Верные поданные Имперского государства и гости нашей великой страны, — тяжело пробасил голос правителя.

— Я поздравляю вас с праздником великого обновления, Огневицы. Пусть тревожные новости с юга и запада не пугают вас ни сегодня ни завтра. Империя имеет столетние корни истории, благодаря нашим праотцам, что заложили мощные основы для нашего существования. Волей судьбы нам посылаются новые и новые испытания, каждый раз проверяя на прочность нашу веру и силу духа. И я вам скажу: МЫ ВЫСТОИМ!

Толпа взревела в унисон, выкрикивая: «да здравствует, Император», несколько раз, пока Крипол II показывал правую ладонь.

Затем правитель сошёл с пьедестала и резвая музыка заиграла, знаменуя начало праздника.

Гости разговаривали, ели и пили, наблюдали за огненным театром попутно подходя к Императору, если имелось такое знакомство, и выражали свои признания и благодарности.

Некоторое время Лукьян сопровождал свою мать пока она обходила князей и графов, приветствуя их на празднике.

Особенно заметен был её интерес к юным княжнам, которые миловидным взглядом провожали цесаревича. Когда они направились к князю Левинскому, генералу императорских войск, с дочерью Марикой, настроение государыни тут же поднялось.

— Ваше Высочество, я был крайне удивлён, когда узнал, что вы хотите лично посетить Легой. Все опасения по поводу фортов Астры и Легоя остались незамеченными, — отчеканил главнокомандующий, дёргая усами в смешной манере.