Там, среди звезд

Но, выяснив все, что только было можно,  её  наградили, повысили в звании и отпустили на побывку. Рапорт и протоколы допроса засекретили, а Анне  пригрозили трибуналом, если будет болтать лишнее.

Анна отправилась  на Землю — она как раз скопила достаточное количество денег, чтобы сделать то, что делали многие женщины военнослужащие — она хотела заморозить некоторое количество яйцеклеток, пока молода и здорова. Всё  же, военная служба — слишком большой риск… А так,  у Анны, что бы с ней не произошло, все равно оставалась надежда на здоровых детей, пусть, возможно, и не выношенных самостоятельно.

В пути к Земле, благодаря гипердвигателям на это уходила неделя, Анне приснился странный сон.

***

Она шла  по мерцающему коридору. Его стены и пол были упругими и приятно теплыми на ощупь, а впереди виднелся просвет. Анна  дошла до конца коридора, оказалась у входа в огромный слепяще-белый зал. Потолок был такой высокий, что терялся вдалеке, его поддерживали по крайней мере сотни тонких колонн.

Поначалу ей показалось, что где-то рядом мяукает  котенок, но, обернувшись на звук, Анна  увидела ребёнка лет трех или четырех, он сидел, прикрыв лицо ладо

Анна присела с ним рядом, погладила ребенка по кудряшкам. Тот поднял голову, демонстрируя заплаканные глаза.

— Почему ты меня ненавидишь?

— Я? — растерянно спросила Анна.  С маленькими детьми она никогда дела не имела. — Я тебя ненавижу? Ну что ты!

— Вы все меня не любите! Я же делаю все,  как вы хотели!

— А кто ты, малыш? Расскажи мне, кто тебя обидел?

Мальчик перестал плакать, только шмыгал носом.

— Я не знаю как меня зовут, меня никто не звал по имени…

Анна  посадила  ребенка к себе на колени.

— Не плачь, пожалуйста, малыш. Хочешь, я спою тебе песню?

Она  откинула  голову и прислонилась  спиной к стене. Откуда-то из глубин памяти вылезла колыбельная, которую когда-то пела её родная мать. Голос у Анны  был слабым, да и музыкального слуха не было, но ребенку было все равно.

— Можно, я буду звать себя Малыш?

— Конечно, маленький, как захочешь.

Ребенок  обнял её  за шею и уснул.

***

Сон легко забылся, тем более что  молодая женщина приняла его за обострение родительских инстинктов. Двадцать пять лет — самое время рыть норку.

***

На Милен Кроули Анна наткнулась во время прогулки по госпитальному саду — после пластической операции ей пришлось на пару суток остаться под наблюдением врачей.