Там, среди звезд

Перед глазами всё заволокло туманом, как это всегда бывает в первую секунду, а потом картинка стала невероятно четкой и яркой, словно кто-то изменил настройки у неё в мозгу. Одна таблетка — сутки без сна и усталости, без признаков утомления и синяков под глазами. Сутки бодрости и способности мыслить и анализировать быстрее чем обычно. После — усталость, ложащаяся на плечи, как бетонная плита, головная боль, безразличие.

Мысли е  несло диким потоком. Упорядоченности не было, лишь обрывки, вспыхивающие и гаснущие как сверхновые, отголоски бессмысленных идей.

Голову раскалывало болью, но и это пройдет, надо только подождать, когда сосуды перестанет конвульсивно спазмировать. Зато не осталось ни боли, ни страха, ни сожалений. Лишь четкое понимание цели и того, как этой цели добиться.

Анна всегда любила летать. Она испытывала ни с чем ни сравнимое наслаждение, опускаясь на сидение истребителя, тут же принимавшие форму тела пилота, и подключась  к его системам, становясь единым целым с машиной. Она глубоко вздохнула, расправлялся руки-крылья, разгоняясь на взлетной полосе.

Это чувство единения с машиной было бесценно, и  затягивало куда глубже любого наркотика. Пилот, симбионт, «Deus ex machina», если угодно!

Анна невольно задержала дыхание, окунаясь в звёздное море, и, сжалась, заставляя корабль приподнимать щитки, усиливая броню. На душе было неспокойно, и истребитель реагировал на эти неоформившиеся команды.

В Академии Анну уверяли, что только человек мог по-настоящему заставить разумный металл двигаться в космическом пространстве, останавливаться за секунды и набирать световую скорость за мгновения.

Но Анна знала, что всё гораздо проще — люди были дешевле чем дорогая электронная начинка, способная сделать корабли действительно разумными. Люди всегда были дешевле. Поэтому на истребителях летали живые пилоты, а машины лишь поддерживали их.

Чем ближе маленький истребитель подлетал к громаде врага, тем громче стучало сердце.

— Я слабая, глупая девочка, — вслух сказал она сам себе.

— Я не хочу ничего решать, я хочу, чтоб эта глупая война закончилась! Я хочу домой, шубку и брильянтовый гарнитур.

Болтовня немного разрядила атмосферу, и Анна приблизился к Врагу вплотную.

— Мы пришли с миром, — пробормотала она и направила истребитель прямо в тело Врага.

Дальше была боль. Ослепляющая, всеобъемлющая. А за ней — свет.

***

Анна  открыла глаза и единым, слитным движением, будто бы совершенно не используя силу мышц, села.