Мой гусар

Муки адовы у тебя впереди, муку под пилой грешников сейчас начнутся.

Я вроде бы и сознание не теряла. Амулетик на груди жег тело изо всех сил. Снять его не сумели. Да и побрякушки мои тоже висели на мне, умру и красивой и богатой. Где ты, лебедь мой? Аринка твоя умирает.

В подвал вошел другой монах. По чину явно выше Аришкина мучителя.

–  Что у тебя, брат Августин?

–  Да вот, грешница не сознается в содеянном. Все же ясно. И язычница и обманщица. Украшения на преступнице заколдованы и не поддаются нашим попыткам их снять.

–  А оно бы помогло, оно бы очень помогло Святой Церкви. Обещали вы ей прощение, если она сама отдаст побрякушки.

–  Обещал господин прелат. Грешница упорствует.

–  Тогда и не знаю. Хотя, постойте. Злодейка дьявольски красива. Я знаю, что надо с ней сделать. Это моя забота отец Августин. Я беру её к себе. Она еще пожалеет о своем упрямстве.

Меня развязали, убрали ужасную железную вилку. Почти без сознания я шла за новым своим хозяином.

–  Пошли письмо голубиной почтой брат Бонафаций, сам знаешь кому.  До полнолуния еще есть время. Девица дьявольски красива, она может угодить господину графу. Жаль не удалось снять с неё украшений. Ну, так не от девицы, так от графа, что-нибудь мы да получим. Что ты мнешься, брат?

–  Почтеннейший прелат, прошлый раз вороны господина графа сожрали нашего голубя. Письмо так и не дошло.

–  Что ж. не получим ответа, пошлем девку на костер.

–  Аминь господин прелат.

Меня из темницы перевели в хорошую светлую комнату. Сторожили крепко, я и так, и эдак. Нет, отсюда не убежишь. На окнах решетки. У дверей один монах себя поперек толще. У других дверей еще двое монахов. На ночь меняются, не спят, читают молитвы.

Мне бы, как мой любезный, мотыльком бы да в окно. Не умею. Кормят хорошо. Как откармливают. Чувствую, это хорошо может быть и хуже пытки.

Ответ пришел за сутки до полнолуния. Почтовый голубь все-таки долетел. И ответ не замедлил ждать.

–  Присылайте девицу, заплачу золотом. У графа разгорелся аппетит.

Меня везли на галере вниз по реке. Та же самая галера, я её запомнила. Еще собака на ней лаяла, до чего радостно лаяла. А я, кажется, пропала.

Глава 5

Я накопил сил, отъелся травой, гавкаю во всю мочь. Погоди вампирище, гав-гав-гав, будет тебе полнолуние, вау, отучишься девиц кусать.