Метаморф, или как справиться с проблемой

В целом, ничего себе такой мужчина, можно даже сказать, что обычный, но чертовски обалденный.

Желудок сильно заурчал, и я икнула, да так громко, что Герстейн посмотрел на меня. Я выдержала этот взгляд и пожала плечами, виновато улыбнулась, жестом показала, что хочу есть, и начала грызть яблоко, что он мне дал недавно.

В академии нас чаще всего кормили мясом, что притупляло голод и буквально отправляло в нокаут: тянуло в сон, хотелось лежать и не двигаться. Обычная же еда приносила лишь временное облегчение, а потом снова наступал голод.

— Останавливаться мы не будем, но я дам тебе это, — некромант задумчиво протянул мне небольшой тканевый сверток, который я с благодарностью взяла в правую свободную руку, левой продолжая удерживать яблоко.

Уложив свёрток на колено и развернув его, я кашлянула, удивлённо разглядывая сильно прожаренное мясо в панировке из специй и каких-то трав. Запах разносился от этого, не побоюсь этого слова, блюда божественный.

Не задумываясь, я откусила большой кусок и замычала от удовольствия, с набитым ртом благодаря некроманта за его талант откормить меня как следует.

— Спафибо! — прошмякала я и откусила ещё кусок.

Герстейн с милой полуулыбкой на меня посмотрел и кивнул, отпивая из бутылки немного воды. И запихнул ее обратно в сумку, неплотно закрутив крышку.

Обычно некроманты не принимают человеческую воду и пищу, и меня его любовь к воде определенно настораживала.

К вечеру, когда Джез проснулся, а я начала клевать носом, на траву села ледяная роса и температура резко упала в минус — мне стало холодно, из-за чего показалось, словно звериная кровь во мне остыла.

Некромант ехал совсем близко, и иногда расталкивал меня, когда я засыпала или начинала сползать со Старкад от усталости. Мне было сложно столько держаться в седле — все тело устало от такой нагрузки за последние дни.

— Такими темпами она не доедет, приятель, — громкий голос Джеза донёсся до меня словно из какого-то глубокого колодца, в котором кроме сырой земли и прогнивших досок ничего не было.

Я захотела воспротивиться этому предложению, но лишь дернулась и чуть приоткрыла правый глаз, снова проваливаясь в полудрёму. Шум в ушах последний час стал настолько сильным, словно вокруг меня была не одна сотня крон деревьев, тормошащихся от сильного ветра, и окружающие звуки сильно меркли по сравнению с ним.