Лунная греза Повелителя ночи

Мо Мо собирал сны небожителей, и кошмары их почти не посещали. Мон Юэ было поручено заботиться об этом. Но страхи и тревоги этого создания были так сильны, что отгоняли все светлые грезы, развеянные Мон Юэ над Небесным дворцом. 

С опаской Сочинительница Снов взяла в руку хрупкое сновидение и, закрыв глаза, позволила ему проникнуть в свое сознание. 

Ничего не было видно, только слышно тонкий хрустальный звук разбивающихся о камень капель воды. Тело сковывал пронизывающий холод. Он пробирал до костей. Пошевелиться было невозможно, да и сил совершенно не было.

Хотелось, чтобы все поскорее закончилось: пришел конец боли, холоду и темноте. Но вместе с этим безумно хотелось еще хоть раз увидеть солнечный свет. И это крохотное желание, маленькая крупица веры вынуждала хвататься за ускользающую жизнь. Раздались шаги. Тихие, шуршащие, заставляющие дрожать больше сковавшего холода. 

- Нет… - едва уловимый хрип раздался из пересохшего горла. Ледяные соленые слезы появились на глазах и тут же скатились в уши.

– Не надо…

- Потерпи еще немного. Лишь чуть-чуть. И все пойдет, - вкрадчивый женский голос, сладкий и нежный. Он проникал в самое сердце и сжимал его мнимой заботой, причинявшей невыносимую боль. 

Тепла нежная рука схватила за растрепанные волосы. Лба коснулось холодное лезвие, и тело тут же пронзила боль, с которой ничто не могло сравниться. Она распространялась от головы до кончиков пальцев. Кровь залила глаза. Мрак окрасился в багряный цвет. Дракону отрезали рожки, которые только что отросли.

 

Мон Юэ вынырнула из сновидения. По ее щекам текли горячие слезы. Сердце неистово колотилось. Тело все еще чувствовало призрачную боль, оставшуюся от соприкосновения со сном-воспоминанием Жунь Юя. Бессмертной деве хотелось разодрать собственную грудь и вырвать из нее сердце, лишь бы не чувствовать эту невыносимую боль. Юный Повелитель Ночей забыл о ней, но глубоко в душе воспоминания, подобные самому страшному кошмару, продолжали жить. 

Ночное небо в одно мгновение затянули свинцовые тучи, сиявшие изнутри молниями, готовыми обрушить свою разрушительную мощь на Небесный дворец.

Мон Юэ едва могла совладать с болью Жунь Юя, она была невыносимой. Мо Мо еще сильнее прижался к хозяйке. Его мокрый холодный нос уткнулся ей в руку. 

- Позови Лунного духа, Мо Мо, - прошептала Мон Юэ, и маленький олень тут же резво поскакал прочь. 

Сочинительница Снов прижала руку к груди в надежде, что это хоть как-то облегчит боль.